Чтобы позвать на помощь, нужно было преодолеть коварную толщу воды.
Лена внезапно поняла, что что-то происходит, не может Марина просто плескаться, бултыхаться и баловаться, над водой совсем не было видно ее рук. Но ведь не прошло еще даже нескольких минут.
Лена с радостью бы бросилась на помощь, но все ее тело вдруг онемело, ее сковал липкий, мерзкий испуг, заставив замереть неподвижно, и не предпринимать никаких действий.
Она хотела было подплыть ближе, но в голове проскочила предательская мысль:
– А вдруг, и меня утянет на дно?
Лена впала в ступор, не понимая, что нужно делать.
– Эй, не притворяйся, – еще раз, уже не так весело, крикнула она Марине.
Круги по воде расходились, там, под водой, Марина поняла, что уже не сможет вынырнуть. В голове у нее проносились картинки из небогатого детдомовского прошлого, и дурацкие мысли о том, как мало удалось пожить.
Лена растерялась.
– Помогите! – начала она кричать, надеясь, что услышит кто-нибудь на берегу.
Голос как будто бы принадлежал не ей, звучал хрипло и слабо.
Игра в волейбол была в самом разгаре, и их никто не слышал.
– Марина, держись! – крикнула Ленка, и поплыла к берегу. Запыхавшись, она подбежала к учителям.
Прямо в одежде физрук прыгнул в воду, Марину достали из воды, когда она уже не дышала. Илья Николаевич делал девочке искусственное дыхание, Ленка бегала вокруг нее, и просила:
– Марина, не умирай. Не умирай, пожалуйста. Что я без тебя буду делать?
Все стояли вокруг, и боялись дышать.
– Наверное, все, не спасут уже, – сказал один из мальчиков.
Лена злобно на него посмотрела, и разрыдалась. Надежды не оставалось.
Физрук не сдавался, и, наконец, произошло чудо – Марина шевельнулась. В толпе пронесся протяжный вдох, выражающий вновь возрождающуюся надежду.
Илья Николаевич перевернул Марину на бок, и ее вырвало грязной речной водой. Наконец, она, вся синяя, сделала первый вдох, и тут же закашлялась.
– В рубашке девочка родилась, – сказала воспитательница.
Марина стала героем дня, весь лагерь обсуждал только подвиг Ильи Николаевича и чудесное Маринкино спасение.
Галина Васильевна была в отпуске, но вечером, узнав о происшествии, приехала в лагерь.
– Если бы я была здесь, такого бы никогда не случилось, – воспитательница всегда сильно переживала за любимую воспитанницу.
Она долго обнимала Марину и прижимала ее к себе, а потом предложила:
– Поедем ко мне домой, я попробую договориться с начальником лагеря.
Радости девочки не было предела. Школьный автобус доставил их до Питера, а дальше они добирались на метро.
– Так вот, какой он огромный, город! – удивлялась Марина.
В первый раз в своей жизни она оказалась на улицах легендарного города, о котором раньше только читала в книгах. Женщины были одеты в диковинные разноцветные летние наряды, а мужчины в строгих костюмах, при галстуках.
Приключение в метро началось с эскалатора – странного и непонятного сооружения, на которое Марина боялась ступить.
– Это эскалатор. Сейчас мы поедем вниз. Повторяй все за мной, – сказала Галина Васильевна.
– Эс-ка-ла-тор… Какое красивое название! – Марина была в восторге.
К удивлению Марины, двигались не только ступеньки, но и поручни, ей почему-то казалось, что они движутся гораздо быстрее ступенек. Ее оттолкнули спускающиеся сверху пассажиры, заставив встать в линеечку с другими.
– Зачем они идут, если можно ехать? – удивленно спросила она.
– Сильно торопятся, – объяснила Галина Васильевна, – мы попали в час пик.
– А что такое час пик? – спросила Марина.
– Это время, когда все едут на работу или с работы, и много людей, – объяснила воспитательница.
Сойдя с эскалатора вслед за Галиной Васильевной, Марина разглядывала станцию, открыв рот от изумления.
– Мы под землей? А это не страшно? – задавала она все новые вопросы, большинство из которых оставалось без ответа. В метро царили шум и суета, не предполагающие задушевных бесед.
К платформе подъехал странный поезд, без паровоза, в маленькой кабинке стоял только один машинист.