Особенно сложно было по ночам, полными невероятно сладких сновидений, после которых совершенно не хотелось просыпаться.
Собственная сущность уже пришла в себя, необычайно молчаливо питаясь артефактами, а вот истинный Феникс всё ещё спал. И это несколько настораживало Диму. Он пытался узнать у Целителей, что это могло означать, но точного ответа никто не давал. Все отговаривались общими фразами типа «всё строго индивидуально».
Так вот, через неделю Соколов уже мог вставать, ходить по дому опираясь на трость, и даже гулять в саду, наслаждаясь свежим воздухом, мнимой свободой и тишиной.
Сергею он дозвониться так и не смог, Игорьку тоже. Странно. Причём телефон пришлось выпрашивать чуть ли не с боем. Отец, с одержимостью маньяка, стремился оградить сына от любого вида техники, начиная с компьютера, и заканчивая сотовым телефоном. У Димы возникло стойкое подозрение, что номера телефонов, что были вбиты в книжку, далеки от реальности. Но проверить никак не мог.
К концу седьмого дня Дима начал тихо звереть. Вся эта ситуация его жутко бесила, и как из неё выбраться, мужчина не знал. Ведь взрослый самостоятельный Колдун, а к нему относятся, как к маленькому ребёнку. Нелепость какая-то.
- Дима, я тут подумал, - завёл разговор Александр Иванович, когда они всей дружной семьёй собрались за ужином. – Может, вам стоит с Анжелиной отправиться в путешествие?
- Какое путешествие, пап? – Дима, до этого вяло ковырявший в тарелке склизкую овсянку - диета чтоб её - поднял голову и непонимающе взглянул на отца.
- Тебе нужно набраться сил, прийти в себя после случившегося, перед тем, как вернуться к своему бизнесу. А для этого лучше всего подходит смена обстановки. Нью-Йорк, Лос-Анжелес, Лондон, Париж? Небольшое турне по крупным городам. Ты же так любишь мегаполисы.
- У меня такое ощущение, что ты хочешь выгнать меня из дому, отец, - а сам даже обрадовался. Смена обстановки ему явно не повредит.
- Всё шутишь? – усмехнулся отец. – Мы с Анжелиной всё распланировали. Да?
- Да, - кивнула девушка и ослепительно улыбнулась. – Тебе понравится, я уверена.
- Угу. А ты…
- А я поеду с тобой.
- Кто ещё? – вежливо спросил, отложив в сторону столовые приборы и откинувшись на спинку стула.
- Что ты имеешь в виду, сын? – непонимающе покачал головой Соколов-старший.
- Кто ещё будет меня сопровождать? Или лучше сказать сторожить?
- Дима, - охнула Ведьма. – Зачем ты так?
- Как? – он окинул её холодным взглядом, после чего опять повернулся к отцу. – Знаешь, отец, терзают меня смутные сомнения, что я стал разменной монетой в твоих подковёрных играх. Ну-ну, не смотри так на меня. Я потерял память, но не потерял мозги.
- Сын, меня оскорбляет твоё ко мне недоверие. И откуда такие мысли?
- Во-первых, ты прячешь меня от всего мира, не позволяя связаться с друзьями…
- У нас нет друзей.
- С Сергеем, - с нажимом продолжал тот.
- Ты же сам ему звонил. И тот факт, что он игнорирует твои звонки, говорит о том, что Стражу ты, со всеми своими проблемами, абсолютно безразличен. И только мы с Энджи…
Закончить патетическую фразу ему не дали.
- Где мой телефон?
Соколова-старшего даже передёрнуло от того, как его бесцеремонно перебили.
- Уничтожен при взрыве, ты же знаешь.
- Я хочу восстановить сим-карту со всеми контактами. Думаю, это можно было сделать?
- Дима, - Александр Иванович отложил приборы в сторону и тяжело вздохнул. – Повторюсь, твои подозрения очень сильно ранят меня. Разве я заслужил такое отношение, сын? Я просто пекусь о твоём здоровье. Ты же чуть не погиб из-за какой-то девчонки. В данный момент тебе надо отдыхать, набираться сил, а не сыпать обвинениями в адрес собственного отца в ужасающих замыслах.
Ещё немного и Фениксу стало бы даже стыдно… Если бы у него была совесть.
- Я правильно понял, что ни на один мой вопрос ты не собираешься давать ответ? У меня что-то аппетит пропал, прошу прощения, - Димка аккуратно встал и, опираясь на трость, вышел из столовой.
Но вместо того, чтобы вернуться в свою комнату, направился прямиком в кабинет к компьютеру. Хорошо хоть, ему разрешали пользоваться интернетом.
«Детский сад», - тяжело вздохнул он, садясь в кресло и с наслаждением откидываясь на спинку. Всё-таки ходить ему было ещё тяжело. Мышцы ныли и требовали хорошего массажа. Он бы может и попросил отца вызвать Целителя, но была одна маленькая проблема. Энджи уже неоднократно говорила о том, что она большой специалист в этой области. Явно намекала на свои услуги. А Дима был совершенно не готов к тактильному общению с ней. При всей её яркой красоте, почему-то, всё в этой Ведьме его отвращало. Так что Соколову приходилось терпеть и молчать.
В первый день, когда Дима, наконец, смог вырваться из-под опеки и влезть во всемирную паутину, то сразу нашёл запись из суда над Таней. Энджи не наврала, Разину действительно осудили более полугода назад и отняли у неё брата. Правда себя он там тоже увидел, как и Женьку, его старого друга, что выступал на стороне защиты. А на стороне обвинения он с удивлением увидел молодого Романа Вознесенского. Как, оказывается, поднялся-то этот тип. Дима помнил его мелкой сошкой, яро горлопанившего на малочисленных митингах. Теперь же его было не узнать – холёный, пафосный и жеманный, как баба. При одном взгляде на него начиналась изжога. И как он тогда ему не врезал, ведь наверняка руки чесались.
Значит, и тут не всё чисто. Если подумать, то тут вообще все прогнило ото лжи и обмана. Этот непонятный взрыв. Его нельзя убить взрывом – он же Феникс. Но, тем не менее, что-то заставило его запустить Перерождение. Но что?
Новости о взрыве он тоже нашёл в хрониках, но только лишь вчера. Даже обнаружил небольшое видео, что сняла уличная камера. Конечно, пришлось постараться, чтобы её найти, но Дима нашёл. И раз сто просмотрел, как бросается к девушке и пытается её прикрыть собой всего за секунду до взрыва. Значит, и это было неслучайно. Соколов долго пытался найти информацию о ней, но ничего кроме имени не узнал, даже фото не было. Кто-то очень старательно подчистил всю информацию о Стейси Матиас. Его отец, конечно, очень крут, но и он не дооценил возможности и способности своего сына. Значит, дело в чём-то другом. Узнать бы только в чём. И желательно до того, как будет уже поздно.
Стейси Матиас… Он несколько раз прокрутил это имя в уме, попытался почувствовать отклик внутри, даже мысленно покатал имя на языке и разочарованно, с шипящим свистом, выпустил воздух сквозь стиснутые зубы, но так ничего и не почувствовал.
Дима загрузил компьютер и первым делом проверил почту. Хорошо хоть за четыре года пароль он не поменял.
Одно новое сообщение.
Интересно, может Сергей наконец-то откликнулся? Или Женька проснулся? Почему они не отвечают?
Дима быстро открыл письмо и недоуменно нахмурился.
Это было яркое приглашение на художественную выставку, что проходила сейчас в Лондоне.
- Опять спам, - пробормотал он, уже собираясь отправить приглашение в корзину, как заметил кое-что интересное.
«ЗИВС». Это аббревиатура стояла в конце письма и выглядела совсем неприметно. Димка бы и вовсе не обратил на неё внимание, если бы она была написана правильно, то есть через букву «е». А в таком виде она наталкивала его на определённого рода воспоминания.
Злобный и Вредный Страж - ЗиВС… Именно так, в шутку, Дима называл брата в первый год их знакомства. Ровно до того момента, как маленький Игорёк тоже не стал так называть любимого папочку. После этого Сергей популярно объяснил братишке, что так делать не стоит.
Он уже почти забыл об этой шалости, пока не увидел эту аббревиатуру в конце письма.
Скорее всего, его почта тоже просматривается, значит, Серый не хотел, чтобы отец узнал об этом, поэтому и поставил такую подпись.
Художественная выставка в Лондоне… интересно. Выходит, что Серёга знает, что его собираются сослать и таким образом намекает, что надо бы послушаться. А эта выставка отличное место для встречи под прикрытием.