— Я тоже слышала эти шепотки. Думаешь, в них есть доля правды?
Я помедлила, взвешивая слова. Изольда была, пожалуй, моим единственным истинным союзником при дворе, но даже от нее я утаивала некоторые свои мысли.
— Я думаю, дыма без огня почти не бывает, — наконец произнесла я. — И я думаю, мой отец не стал бы созывать военный совет трижды за последнюю неделю, если бы на то не было причин для беспокойства.
— Военный совет созывали трижды? — переспросила она, понизив голос еще больше.
Я одарила ее кривой улыбкой. Изольда знала о небольшой сети слуг, которую я взрастила и которые по разным причинам были готовы делиться подслушанной информацией. Доброе слово здесь, небольшое одолжение там, а иногда и просто труд узнать их имя.
Поразительно, как подобные мелочи могли купить ту преданность, что не купишь за золото.
— Тебе стоит быть осторожнее, — предупредила Изольда, и в ее глазах читалось искреннее беспокойство. — Если королева хоть заподозрит, что ты собираешь сведения…
— Она и так думает обо мне самое худшее, — мягко перебила я. — Знания — моя единственная защита здесь. Мне нужно увидеть клинок до того, как он опустится, если я хочу иметь хоть какую-то надежду увернуться от него.
Прежде чем она успела ответить, мое внимание привлекло движение на краю поля зрения. Паж в королевской ливрее лавировал сквозь толпу, его лицо было напряжено от спешки. Когда он приблизился, я узнала в нем одного из личных гонцов моего отца, и в животе у меня зашевелилось чувство тревоги.
Он остановился передо мной и натянуто поклонился.
— Принцесса Мирей, — сказал он слегка сорвавшимся голосом. Ему на вид было не больше четырнадцати. — Его Величество король Эльдрин требует вашего немедленного присутствия в своем личном кабинете.
Он протянул запечатанную записку, которую я приняла пальцами, оставшимися твердыми, несмотря на участившийся пульс.
Мой отец редко призывал меня к себе, предпочитая держаться на расстоянии от живого доказательства своей неосмотрительности. То, что он послал за мной сейчас, посреди собрания королевы, указывало на дело необычайной важности.
Я сломала печать и пробежала глазами короткое послание, написанное четким почерком моего отца:
Мирей, Явись в мой кабинет немедленно по получении этого послания. Нам нужно обсудить дела большой важности. — Э.
Никаких ласковых слов. Никаких объяснений. Типично для наших отношений — формальных, отстраненных, вынужденных.
В другом конце комнаты я почувствовала на себе пристальный взгляд Иры, чье внимание привлекло появление пажа. Я читала в ее глазах догадки, расчет. Что бы ни захотел обсудить мой отец, у нее, несомненно, появятся мысли на счет того факта, что она не узнала об этом первой. Мысли, которые она озвучит при первой же возможности.
Когда гонец поклонился и удалился, я поднялась со своего места, нарочито тщательно расправляя складки платья.
— Кажется, я нужна в другом месте, — сообщила я Изольде достаточно громко, чтобы услышали стоящие поблизости. — Отец зовет.
Она кивнула, понимая без слов, что большего я рассказать не могу.
— Мне зайти к тебе попозже?
— Пожалуйста. — Я коротко сжала ее руку, благодарная за ее неизменную поддержку.
Я направилась через гостиную, осознавая, как по собранию проносится волна пересудов. Вызов от короля, доставленный прямо в гостиную, а не по обычным каналам, был отличной пищей для мельницы слухов, которая заставит языки чесаться до самого ужина.
Я остановилась, чтобы поцеловать в макушку Лайсу, игравшую со своей маленькой компаньонкой.
— Я найду тебя попозже, чтобы почитать сказку, — мягко сказала я, получив в ответ лучезарную улыбку.
— Обещаешь? — спросила она, поднимая свой маленький пальчик.
— Обещаю, — ответила я, сцепив свой палец с ее в торжественном договоре, который значил все для ее трехлетнего восприятия мира.
Проходя мимо королевы Иры, я опустилась в безупречный реверанс — само воплощение дочерней почтительности.
— Ваше Величество, я должна просить вашего дозволения покинуть ваше восхитительное собрание. Мой отец требует моего присутствия.
Ее губы сжались в бескровную линию при публичном напоминании о моей связи с ее мужем.
— Разумеется, — ответила она голосом хрупким, как зимний лед. — Нельзя заставлять Его Величество ждать. Мы постараемся перенести твое отсутствие со… стойкостью.
Я выпрямилась, встретив ее взгляд со спокойной уверенностью.
— Да, постарайтесь.