- Преклони голову, когда будешь спускаться, потолок низкий, - предупредил король, пропуская друга вперёд.
Внутри было темно и холодно. В воздухе пахло еловой смолой. Мороз слегка покалывал кожу. Как только Форас хлопнул ритмично несколько раз в ладоши, раздался исступленный шум от загорающегося пламени. Мрак быстро рассеялся в потоках лазурного пламени, горевшего в больших настенных свинцовых блюдах.
- Где мы? – настороженно, спросил Ролан, глядя под ноги. Друзья оказались в громадном подземелье. Перед ними был слегка присыпанный сухим снегом, длинный свинцово-бетонный мост. Он вел через мрачную бездну, дышавшую холодом и ужасом, к большим свинцовым воротам.
- Просто следуй за мной, - сухо ответил Фрост и неторопливо зашагал вперёд. Звон каблуков резко отдавался в морозном безмолвии. Ролан, опасаясь упасть, с некоторой боязнью на сердце безропотно следовал за королём.
Наконец, дойдя до больших свинцовых ворот с оскаленными тигриными головами, Форас восторженно произнёс:
- За этими вратами, друг мой, совершенное чудо, дарованное нам этой землёй в незапамятные времена!
Генерал Глэйд непонимающе посмотрел на своего собеседника.
- Посмотри своими глазами, - бросил король в ответ на молчание своего друга и, что есть сил, надавил на тяжёлые врата. Раздался жуткий лязг и грохот проржавелого металла. Когда Ролан увидел, что было внутри, он обомлел настолько, что, казалось, потерял дар речи. Это была огромная просторная зала с резными серыми стенами и сводчатыми потолками, с которых свисал пушистый синеватый мох. В раскрытых каменных львиных и тигриных пастях сиял лазурный огонь с танцующими внутри белыми огоньками. Мраморный пол был окутан густым синим туманом. Вокруг царила мёртвая тишина.
- Но это же всего лишь легенда? – преодолев неистовое изумление, вымолвил Ролан, шагая по ступеням в таинственный зал.
- Легенды не всегда фальшивы, мой друг… - отвечал упоенно Фрост, проводя рукой по резным серым стенам.
- Двенадцать лет назад, когда я занял престол, отец сказал мне, не верь людям так же, как легендам и мифам, но теперь я понимаю, как он заблуждался. Знаешь, легенды о богах, титанах и великих войнах всегда жили в глубинах моего сознания.
- Как же ты нашёл эту гробницу? – поинтересовался Ролан, касаясь выгравированных на камне рун.
- Восемь лет назад, один подвыпивший придворный рыцарь от безделья слонялся по пустынным коридорам замка и, когда он забрёл в погреб за очередной бутылкой рома, то его одолел сон. Он присел в дальнем углу и, следуя его словам, облокотил голову на кирпич и тот дал здоровенную трещину. Рыцарь в паническом страхе убежал из погребов. Мне стало любопытно, и я решил посмотреть, что же так напугало бывалого воина, что тот мигом протрезвел. Когда я дотронулся до трещины, колкий ледяной ветер коснулся моего лица, и в моей памяти тут же всплыла легенда о великом воине-маге - Кáльтаре Кóлде. Целых семь лет я усердно пытался найти ключ от найденной двери. И вот однажды я выменял его у одного помешанного на антиквариате купца.
- Но почему ты ранее мне не показал эту гробницу? - спросил как-то обиженно собеседник.
- Значит, были на то причины, - пытаясь уйти от ответа, ответил сухо давний друг.
- А что внутри этого гроба? – жадно осматривая пятигранную замочную скважину в виде звезды, спросил генерал Глэйд.
- Если я скажу, то ты мне не поверишь, - усмехнулся Форас, становясь напротив своего собеседника. – Тот самый легендарный клинок «Тандриэль».
- Не может быть, - ещё больше удивился Ролан, - значит это упокоище самого императора Кальтара Колда, того самого императора, который будучи паладином бесстрашно уничтожил в одиночку могущественного ледяного дракона Аллэгона?
- Совершенно правильно, вобрав неудержимую силу грозы, он всадил «Тандриэль» Аллэгону прямо в сердце, заточив его душу в клинке, после чего он был назвал «Тандркóлд». Гроза и холод, впечатляет, не правда ли?
Глэйд слегка поёжился, помолчал, после чего добавил:
- Поговаривают, душа дракона так и живёт в этом мече, лишённая свободы она дико рычит, сводя с ума своего владельца.