Хриньяк говорил Каллену, что беседовал с Бернштайном как пациент с врачом, и Каллен, хотя он и не нуждался в психотерапевтическом сеансе, подумал, что ничего страшного не будет, если он поговорит с Бернштайном как пациент с врачом. О чем угодно.
— Раньше вы не спрашивали меня о времени, когда я был полностью доволен собой.
Бернштайн слегка вытянул шею в ожидании того, что скажет ему Каллен. Он так многого ждал, что Каллен избегал смотреть ему в глаза, потому что на самом деле сказать ему было особенно нечего.
— Когда я вспоминаю приятные моменты в моей жизни, я не думаю о своей судьбе или о том дне, когда меня произвели в детективы. Я вспоминаю день, когда увидел Джеки Робинсона. Это был субботний день тем летом, когда я перешел на второй курс в колледже. Я шел по Мэдисон-авеню мимо Библиотеки Моргана. Я в этом районе за всю жизнь был только раза два, не больше. Джеки Робинсон шел мне навстречу с двумя другими мужчинами. На нем был деловой костюм, в руках — кейс. Тогда он уже перестал играть в бейсбол и работал на какую-то фирму. Наши глаза встретились. Он понял, что я узнал его, и сказал мне: «Привет». Я был вне себя от восторга.
И вот еще. Это уже гораздо позднее. Не помню, какой шел год, но я тогда еще не был женат на Конни, я только встречался с ней. Значит, это было весной или летом 1973 года. Я шел по Пятьдесят девятой улице, минуя отель «Плаза». Наверное, я шел на свидание с Конни. Мы собирались пойти в кино или что-то в таком роде. На мне была мадрасская куртка, которая очень мне нравилась, но все считали, что она слишком криклива. Конни так думала, и Хриньяк, который тогда еще не был уполномоченным. День шел к вечеру, люди возвращались домой с работы, народу на улице было полно. Внезапно я столкнулся нос к носу с Бадди Ричем. Он осмотрел мою куртку и сказал:
— Отличная вещь.
Он обошел меня и пошел дальше. Я был в восторге. Я не поклонник Бадди Рича. Я тогда увлекался джазом. Я и теперь слушаю джаз. Хриньяк тоже увлекается джазом. Я сказал ему, что Бадди Ричу понравилась моя куртка. Он ответил, что я, должно быть, ошибся, что тот говорил о другой куртке, другого человека.
Бернштайн ждал, но Каллен ничего ему больше не сказал.
— Вы пришли в восторг, потому что два знаменитых человека обратили на вас внимание.
Бернштайн не спрашивал его, не его дело было задавать вопросы.
— Думаю, что да.
— Вы мечтаете стать знаменитостью. Но вы в каком-то смысле уже знаменитость. Вы часто раскрываете очень запутанные преступления.
Опять это не были вопросы.
— Я не знаю, спорить мне с вами или согласиться.
— Ваши доводы убедительны, — сказал Бернштайн.
— Идите к черту, — сказал Каллен.
Позднее, глядя как Каллен рассматривает фотографию Диндзи, Бернштайн спросил его:
— Вы находите ее привлекательной?
— Если вы находите ее привлекательной, — ответил Каллен, — то так и скажите. Я нахожу ее очень уязвимой для критики.
— Джо Данте, — сказал Бернштайн.
— А что «Джо Данте»?
— Вы провели с ней десять минут. Ну, пусть двадцать минут. Пусть даже час. Но она произвела огромное впечатление на вас. Вам кажется, что между ней и вами есть какая-то мистическая связь.
На это Каллен вообще никак не прореагировал.
— Были две актрисы, которые произвели на меня такое сильное впечатление, что я даже стал их разыскивать. Это были Дженифер Уоррен, которая играла в фильме «Ночь идет к концу» и Ариэль Домбасл, известная по фильму «Полина на пляже».
Бернштайн покачал головой:
— Я практически не хожу в кино.
— Даже если бы вы и ходили, вы бы не увидели этих фильмов. Это очень старые картины.
— Но образы этих актрис до сих пор имеют большое значение для вас.
— Вы знаете, Бобби Колавито думает, что заставляет меня говорить его словами. Но на самом деле это мои слова. А мысли, которые вы пытаетесь выдать за мои мысли, ничего общего со мной не имеют. Это ваши собственные мысли.
— Где же вы искали этих актрис? — спросил Бернштайн.
— «Ночь идет к концу» снимался во Флориде, а фильм «Полина» — во Франции. Я отправился сначала в Сарасоту, а потом в Дювиль, чтобы отыскать этих двух женщин.
— Женщины олицетворяют для вас… свободу, безответственность.
— Да.
— Вы не были женаты, и у вас не было постоянной женщины, когда вы отправились на поиски этих актрис.