— Да.
— Семейная жизнь или постоянная связь с одной женщиной означают для вас отсутствие свободы.
— Да.
Бернштайн улыбнулся:
— Прогресс налицо, если вы признаете это.
— Отпуск, — сказал Каллен.
— Простите, не понял?
— Отпуск, каникулы. Я просто подумал кое о чем, — на такую мысль его натолкнул Нейл Циммерман. Он говорил об этом, когда началась перестрелка возле аэродрома имени Кеннеди. «Кто-то хотел грохнуть Энн, дурак. Кто-то считает, что она знает слишком много. Может быть, они думают, что она рассказала тебе о том, что ей известно».
Тогда Каллен не знал, что ему думать об этих словах его старого верного друга, да и теперь он толком не знал. Но он понял одно: разговоры с Бобби Колавито ничего больше не дадут ему. Пришла пора вспугнуть одну крупную птицу.
Каллен встал.
— Вы уходите, — сказал Бернштайн.
— Да. Возможно, мы еще поговорим с вами как-нибудь в другой раз.
— Как пациент с врачом, — сказал Бернштайн.
— Да.
Бернштайн больше ничего не сказал.
Глава 23
— Капитан Ньюмен?
— Каллен, я узнал, что вы находитесь здесь. Круто, да? Что с вами случилось? Я хочу сказать, что не знаю подробностей. Я просто слышал всякие разговоры. Круто… Канун Рождества. Они отпускают вас домой или…
— Капитан, скажите, кому принадлежит тот полицейский значок, который вы нашли в квартире Джо Данте? — спросил Каллен. — Вы же знаете, не так ли?
Ньюмен вздрогнул, как будто почувствовал какую-то угрозу.
— Я же вам говорил во время нашего предыдущего разговора, сержант, что этот значок…
— Хриньяка. Кто-то специально оставил его в квартире Джо Данте, чтобы подозрения пали на Хриньяка. Кто-то украл значок в кабинете Хриньяка. Это кто-то, кому доверяют в управлении, раз он мог находиться один в кабинете уполномоченного. Таких людей не так уж много. Мужик, который проник в квартиру Данте, был копом. Вы сами это говорили. Вы сказали, что копы лучше других людей проникают в квартиры. Они общаются с преступниками и учатся у них таким вещам. Бывшие копы тоже знают все эти штуки, не забывайте об этих копах, капитан.
Поворачиваясь в кресле туда-сюда, стуча пальцами по столу, не доставая ногами до пола, Ньюмен был похож на мальчишку, сидящего за стойкой в заведении, где торгуют прохладительными напитками.
— Вы говорите, бывший коп. Вы имеете в виду…
— Стива Пула, — сказал Каллен.
Ньюмен перестал поворачиваться в своем кресле, а Каллен перестал, наконец, чувствовать себя идиотом. Общаясь с Бобби Колавито, который заканчивает за вас ваши фразы, он стал чувствовать себя идиотом. Он стал таким же идиотом, как Бобби. Разговаривать с человеком, который не заканчивает за тебя твои фразы и не кивает постоянно головой, как кукла, которых всякие дураки прикрепляют к заднему стеклу своих машин (у Бобби была такая кукла в его «додже»), Каллен обнаружил, что он начал соображать, делать логические выводы, сопоставлять факты.
— Я столкнулся с Пулом на похоронах Тодда, — сказал Каллен. — Он рассказал мне историю о разговоре, который у него был с моим бывшим товарищем по работе, Нейлом Циммерманом. Пул пришел в управление, чтобы познакомить каких-то своих избирателей с Хриньяком, и повстречался в коридоре с Нейлом. Я не хочу сказать, что Пул взял значок Хриньяка во время этого визита. Он навещал его несколько раз. Он был вхож в кабинет уполномоченного.
— Да, он был вхож туда, — сказал Ньюмен. — Моя жена, вы знаете, читает детективы. Вы читаете детективы? Я никогда их не читаю, но многие люди читают их, я полагаю. Моя жена, например, любит читать детективы. Она пытается понять меня. Она вечно говорит, что не понимает, как я могу из года в год заниматься этими делами. Я не знаю, что ей ответить. Но дело не в этом. В одном романе, который читала моя жена, был один детектив. А может, он был и не детектив. Возможно, он был потенциальной жертвой, адвокатом, журналистом или кем-то там еще. Я не знаю. Как я уже сказал вам, я не читаю детективы. Так вот, моя жена рассказывала мне за обедом, что какой-то персонаж этого романа постоянно рассуждал о «мотиве и возможности». Разве настоящие копы говорят о «мотивах и возможностях»? Возможностью в нашем случае является вероятность побывать в кабинете Хриньяка. А мотив… Что ж, вы знаете, что это за мотив?
Итак, я хочу знать следующее. Предположим, Пул проник в кабинет Хриньяка. Он имел доступ к его письменному столу, к ящикам письменного стола. Чем же мотивировалось то, что он взял полицейский значок и подложил его в квартиру Джо Данте? Вы помните, я уверял вас в том, что человек, который проник в квартиру Джо Данте, был копом? Вы помните, я говорил вам о том, что Джо Данте не могла впустить его к себе? Или он мог взобраться на крышу и проникнуть к ней в квартиру по пожарной лестнице. Он мог воспользоваться отмычкой. Но он не мог проделать все это, сидя в инвалидном кресле.