Лифт остановился перед Калленом, и он вошел в него, опустив глаза долу, как делал всегда, заходя в лифт. Как коренной житель Нью-Йорка, он не хотел никого пугать и не хотел быть похожим на туриста. В лифте было восемь или девять человек, пятеро из которых — дети. Родители выглядели измученными, а детишки были возбуждены. От них пахло Макдональдсами — жареной картошкой и кетчупом. Лифт не поднялся еще и на шестой этаж, когда Каллен почувствовал, что где-то рядом находится Колавито, и испугался.
Лифт остановился на шестом этаже. Одни люди вошли, другие — вышли. Двери закрылись, и лифт стал подниматься вверх.
Кабина останавливалась на седьмом, на восьмом этаже. Люди входили и выходили. Двери открывались и закрывались.
Наконец лифт остановился на девятом этаже. Здесь был Санталенд. Каллен отошел в сторонку, чтобы не мешать людям выходить. Все вышли из лифта, все, кроме Колавито. Большая толпа хотела войти, но Колавито преградил ей путь.
— Извините, друзья, но этот лифт испортился. Пожалуйста, подождите следующего. Он будет здесь через пару минут. Спасибо вам за терпение. Извините, друзья, извините. Этот лифт…
Каллен ударил Колавито кулаком по печени. Колавито взмахнул руками и схватился за Каллена, задыхаясь. Каллен опустил его на пол, перешагнул через него и вышел из лифта.
— … не работает, — закончил он фразу, начатую Колавито.
Глава 25
— Привет, я Джинни. Как вас зовут?
— А… Джо, — невозможно врать эльфам, особенно накануне Рождества, когда Санта и его команда все еще проверяют вас — хорошо ли вы вели себя в течение года или плохо. К тому же если у этого эльфа из команды Сайты карие глазки и чудные каштановые кудряшки, и эльф выглядит так, как ваша дочь, возможно, будет выглядеть через три года, когда ей исполнится семнадцать лет.
— Скучаешь в одиночестве сегодня вечером, Джо?
— А, да, — Каллен оглянулся, чтобы удостовериться, что рядом не было его «друзей». Что бы он ни сделал с Колавито, об этом ничего нет в справочнике правил и предписаний. Он принял спонтанное решение. Он ненадолго вырубил его. Колавито мог прийти в себя в любую минуту. — Мой сын заболел. Я сказал ему, что пойду и посмотрю Санту вместо него. И скажу Санте, что мой сын хочет получить в подарок на Рождество.
Джинни, казалось, верила ему. У него даже было такое впечатление, что она хочет обнять его.
— А, это очень мило. Я скажу тебе, что надо делать. Следуя по этой линии, можно поговорить с Санта Клаусом, а если по этой, то можно лишь посмотреть на него. Эта линия проходит мимо всех электрических поездов, механических эльфов и всякого такого, а та ведет прямо к окну, через которое можно увидеть Санту.
Тебе же не нужно смотреть на все эти электрические поезда и на эльфов, не так ли? Ты хочешь просто поговорить с Сантой, так что, если ты последуешь по этой линии, я встречу тебя на другом конце, там, где находится Санта и провожу к нему. У нас там несколько Санта Клаусов, но мы не говорим об этом детям.
— Джинни.
— Да? — голос у нее слегка дрогнул, как будто она вдруг вспомнила о том, что ее предупреждали — есть мужчины, притворяющиеся любящими отцами своих сыновей, которые вдруг заболели и не могут прийти взглянуть на Санту и приходится идти вместо них, а на самом деле таким нужен не Санта, потому что они психопаты, шизоиды, насилующие эльфов.
— Где здесь выход, Джинни? — прежде чем Каллен успел спросить про выход, через который приходят и уходят все эти Санты так, чтобы дети их не видели и не были бы разочарованы видом столь большого количества Санта Клаусов, а ему нужный потому, что он, как она догадалась, действительно не любящий отец, но агент, выполняющий очень ответственное задание, о котором хотел бы ей рассказать, однако это дело государственной важности и очень секретное, — прежде чем Каллен успел спросить у нее про этот выход, он увидел Колавито. Одна его рука была прижата к боку в том месте, куда его ударил Каллен, другой он держался за стену, чтобы не упасть. Колавито выглядел ужасно.
Прежде чем Колавито увидел его, Каллен побежал по дорожке, ведущей к электропоездам и механическим эльфам, туда, где вас ждет Санта.