Глава 2
В ту ночь, когда звёзды мерцали над королевством Эфии, рассыпаясь алмазной россыпью по бархатному небу, Адая и Эдем оба погрузились в свои мысли — каждый в своей тёмной комнате, каждый в своём одиночестве. Лунный свет просачивался сквозь узкие оконные проёмы, рисуя на каменных стенах причудливые узоры, словно напоминание о том, что судьбы людей порой так же извилисты и непредсказуемы.
Я, уставившись в окно, наблюдала за тем, как луна отражается в озере, находящемся неподалёку от замка. Её серебристый свет ложился на воду дрожащей дорожкой, а поверхность озера казалась спокойной — но внутри неё бушевали волны, скрывая под гладью тёмные течения. Я понимала, что брак — это не просто союз двух людей; это политический манёвр, который должен был укрепить мир между враждовавшими десятилетиями королевствами. Но как можно принуждать себя к любви? Как можно строить жизнь с тем, кто вызывает лишь гнев и отторжение? Сердце сжималось от тяжести этих мыслей, а в груди разрасталась пустота, будто кто‑то вычерпал из неё все надежды.
Тем временем Эдем, сидя на краю своей постели, пытался разобраться в своих чувствах. Он знал, что его родители правы: этот брак мог бы принести мир между их королевствами, положить конец давней вражде и открыть новую эпоху процветания. Но он не мог избавиться от ощущения, что его жизнь была решена за него, словно он — не живой человек, а фигура на шахматной доске, которую передвинули без его согласия. Он вспомнил, как Адая смотрела на него с ненавистью и отчаянием, и это чувство резало его по живому, оставляя невидимые раны. «Почему всё так сложно?» — думал он, сжимая кулаки так сильно, что ногти впивались в ладони.
Внезапно в его комнате послышался резкий стук в дверь. Это был его старший брат, Эдуард, который выглядел встревоженным: его обычно спокойное лицо исказилось от волнения, а дыхание было прерывистым, будто он бежал всю дорогу от ворот замка.
— Эдем! Ты не представляешь, что произошло! — воскликнул он, врываясь внутрь и захлопывая за собой дверь.
— Что случилось? — спросил Эдем, чувствуя, как напряжение нарастает внутри, стягивая нервы тугой спиралью.
— Адая сбежала из замка! Она опять уехала в лес! — Эдуард вздохнул, пытаясь успокоиться. Его пальцы нервно теребили край плаща. — Нужно её найти!