- Не смей её в это впутывать! - прошипела я, сдерживая ярость.
Арен зарычал, но в его глазах читалось: «Уговор есть уговор». Волк спустился к своей стае, а сестра странно посмотрела на меня. Она не поняла! Не проводила она столько времени с волками, сколько я!
- Он хочет пир! Жертву! Ты должна убить, - прошептала я, стараясь, чтобы слова не достигли чужих ушей.
Катарина застыла, но затем твёрдо произнесла:
- Хорошо.
- Я буду рядом, - пообещала я, сжимая её руку.
Начался бал. Музыка лилась, словно река, заполняя зал волшебными мелодиями. Пары кружились в танце, их платья и камзолы переливались в свете огней. Я сидела с Миртой и Ареном, наблюдая за этим великолепием, но сердце моё было далеко.
Ко мне подошёл Эдем.
- Потанцуем? А то сидишь скучаешь, - предложил он с тёплой улыбкой.
- Ну давай, - нехотя согласилась я.
Эдем закружил меня в танце, и я краем глаза увидела танцующих Инара и Долорес. Их движения были плавными и грациозными, но в глазах Инара читалась тоска.
Нерия танцевала с Алином, они переговаривались и выглядели счастливыми. Марн, стоящий у входа, смотрел на них со злостью, его кулаки были сжаты так, что побелели костяшки.
Лирия танцевала с Эдгаром, их смех разносился по залу, добавляя веселья в атмосферу. Катарина и Эдуард стояли в углу и разговаривали, их лица были серьёзными, но в глазах светилась любовь.
Зал наполнялся музыкой, смехом и шёпотом, а я чувствовала, как внутри меня бушует вихрь эмоций. И не зря.
Все веселились, но внезапно инструменты стихли - в зал вошёл молодой парень с белоснежными волосами и пронзительно‑голубыми глазами. Он шёл прямиком к королю Артуру и королеве Дайане, будто весь мир вокруг перестал существовать. В воздухе повисла напряжённая тишина, нарушаемая лишь шорохом шёлковых платьев и сдержанными перешёптываниями гостей.
Парень приблизился к монаршей чете и, ухмыльнувшись, произнёс:
- Ну, здравствуй, отец! А я всё гадал, как ты выглядишь. Так хотел тебе в глаза посмотреть.
- Молодой человек, вы ошиблись! У моего мужа нет бастардов, - возмутилась королева, её голос звенел, как натянутая струна.
- Да вы что? Имя Алейна ничего не говорит? - парень скрестил руки на груди, в его взгляде читалась холодная уверенность.
Король побледнел, словно мраморная статуя.
- Я думал, от ребёнка избавились, - начал он едва слышно.
- Нет, твой покойный дядя постарался, - перебил его юноша, не давая опомниться.
- Адриан… - прошептала королева, прикрыв рот рукой, будто пытаясь сдержать крик, рвущийся из груди.
Я стояла в стороне, пытаясь осмыслить происходящее. Где я видела этого парня? Внезапно память вспыхнула ярким образом: внук пекаря! Джеймс! Тот самый мальчик, который в детстве кормил меня тёплыми булочками и дул на мои ранки, чтобы унять боль. На глазах навернулись слёзы. Почему всё так сложно? Почему судьба преподносит такие сюрпризы?
- Где твоя мать сейчас? - поинтересовался дядюшка Рэймонд, его взгляд скользил по чертам лица юноши, безошибочно узнавая в них черты брата.
- Она умерла от оспы, когда мне было семь лет. Дедушка воспитывал меня, - ответил парень, его голос звучал ровно, но в глазах мелькнула тень боли.
- Узаконь сына! - шикнула на короля королева, её глаза метали молнии.
- Дайана, я всё объясню. Это было ещё до нашего брака! - попытался оправдаться Артур.
- Молчи, - приказала мать, её тон не допускал возражений.
Она подошла к парню, её движения были плавными, но в них чувствовалась железная воля.
- Как тебя зовут?
- Джеймс, моя королева.
- Джеймс Кастор, ты остаёшься в замке! Это моё решение, и никто его не оспорит!
- Хорошо, - кивнул юноша, в его голосе не было ни торжества, ни страха.
Гости стояли в замешательстве, но королева властным жестом приказала бардам продолжать играть. Зал снова наполнился мелодичными переливами музыки, будто пытаясь заглушить эхо только что прозвучавших слов.
Я подбежала к Джеймсу, сердце колотилось в груди, как пойманная птица.
- Я тебя помню!
- Я тоже тебя помню, цветочек. Ты не изменилась, - его улыбка была тёплой, словно воспоминание о солнечном дне.
- Ты знал, что я твоя сестра, и молчал?
- Не хотел портить твои отношения с отцом, - признался он, опустив взгляд.
- Дурак, - прошептала я, но в моём голосе не было упрёка.
- И я люблю тебя, сестрёнка, - он обнял меня, и на мгновение мир вокруг перестал существовать.
- Пошли танцевать, братик, - предложила я, беря его за руку.