— Конечно! — кивнула она.
Эдуард провёл рукой по густой шерсти животного, но Верон вдруг злобно зарычал, обнажая клыки.
— Мальчик, это друг, — строго сказала Катарина, положив руку на загривок волка.
Верон успокоился, прижал уши и позволил себя погладить.
— Он очень вредный, — улыбнулась принцесса.
— Это заметно. У вас такая волшебная связь, — восхитился Эдуард.
— Да, он со мной с детства, и связь с каждым годом крепнет, — подтвердила Катарина.
Они гуляли до вечера, играли с Вероном, Эдуард даже подружился с ним. Когда солнце начало садиться за горизонт, окрашивая небо в розовые и золотые тона, они попрощались.
Альтаир уже тогда понял, что принцесса зацепила его с первого взгляда.
*** Конец воспоминания
— И отвечу ещё. Мы после того дня гуляли каждый день, катались на лошадях, я показывала ему лес. Даже когда вы уехали, он из Вереи писал мне письма, — закончила я рассказ.
— Рада за вас! Всё, нам пора! — Ада взяла меня под руку.
Мы вошли в зал, который был полон гостей. Свет тысяч свечей отражался в зеркалах, создавая волшебную атмосферу. Все смотрели на нас с восхищением, шептались и улыбались. Сестра подвела меня к жениху и отошла к Эдему, стоящему позади.
— Жёнушка, привет, давно не виделись! — прошептал Эдем, но я услышала — Альтаир младший не умел говорить тихо, хоть и старался.
Ада закатила глаза, но взяла его за руку. Я немного удивилась, но тут же сосредоточилась на Эдуарде.
Началась церемония. Эдуард стоял напротив меня и смотрел влюблёнными глазами, его улыбка была такой искренней и тёплой, что сердце замирало.
Священник начал обряд бракосочетания:
— Принцесса Катарина, согласны ли вы выйти замуж за принца Эдуарда? Клянётесь ли вы быть верной и понимающей женой для принца? — спросил священник, глядя мне в глаза.
— Согласна, клянусь: я его, а он мой, — произнесла я клятву, чувствуя, как слёзы радости подступают к глазам.
— Принц Эдуард, согласны ли вы взять в жёны принцессу Катарину? Клянётесь ли вы быть ей опорой, защитой и верным мужем?
— Согласен, клянусь: я её, а она моя, — повторил Эдуард, не отрывая от меня взгляда.
— Можете обменяться кольцами и поцеловать невесту.
Я надела кольцо на палец Альтаира и посмотрела ему в глаза. Он слегка улыбнулся, надел кольцо на мой палец и нежно поцеловал в макушку.
Все захлопали, зазвучали радостные возгласы, а Айяна стояла в стороне, недовольная, как всегда.
Мы двинулись в центр зала — начался танец молодожёнов. Эдуард закружил меня в вальсе, его рука уверенно держала мою талию, а взгляд был полон любви. Все смотрели на нас с восторгом, а мы смотрели друг другу в глаза, забыв обо всём на свете.
После танца, под бурные аплодисменты гостей, мы ушли. Верон и Мирта сидели в углу вместе с Террой. Волка Нерии мы не смогли завести в замок — он заупрямился и остался во дворе, нервно вышагивая у входа, как будто предчувствовал беду.
Гости веселились, танцевали, смеялись. Уже темнело, небо окрасилось в глубокие синие и фиолетовые тона, а барды играли зажигательную музыку. Долорес танцевала с Эдгаром, Нерия — с Алином, Лирия — с отцом, Инар — с Астрой, Ада — сначала с Эдемом, а потом с Джеймсом.
Марн стоял возле входа и весь вечер сверлил взглядом Нерию. Я ненадолго отвлеклась, а когда обернулась, возле Марна стоял Брендан. Вот же гад! Парень после его слов покраснел от гнева и направился к Алину
— Ты всё время крутишь хвостом возле неё, будто она твоя собственность! — прошипел Марн, подходя вплотную к Алину и тыча пальцем ему в грудь.
— Отстань, Марн, — холодно ответил Алин, стараясь сохранять спокойствие, но его пальцы непроизвольно сжались в кулаки. — Сегодня день свадьбы Катарины, а не твоих истерик.
— Думаешь, я не вижу, как ты на неё смотришь? — голос Марна задрожал от ярости. — Ты не имеешь права!
Не дожидаясь ответа, Марн резко выбросил руку вперёд и ударил Алина в челюсть. Звук удара разнёсся по залу, заглушив музыку. Гости замерли, кто‑то вскрикнул, кто‑то ахнул.
Алин пошатнулся, но устоял на ногах. В его глазах вспыхнула ярость. Он вытер тыльной стороной ладони кровь с губы, сделал шаг вперёд и с размаху ударил Марна в живот. Тот охнул, но тут же ответил ударом в нос — на лице Алина появилась струйка крови.
Парни сцепились, нанося друг другу беспорядочные, но сильные удары. Марн попытался схватить Алина за ворот рубашки, но тот увернулся и ответил хуком в бок. Марн зашипел от боли, но не отступил — он толкнул Алина к стене, и тот ударился затылком о мраморную колонну.
К ним подлетел Инар. Он схватил Марна за плечи и с силой оттащил назад, пытаясь разнять дерущихся.
— Хватит! — громко и властно произнёс он, перекрывая шум зала. — Вы что, с ума сошли? Здесь свадьба, а не ристалище!
Марн вырывался, тяжело дыша, его глаза горели гневом, а на виске пульсировала вена. Алин тоже не успокаивался — он сделал шаг вперёд, но его удержал Эдем, который вовремя оказался рядом.— Успокойся, — твёрдо сказал Эдем, сжимая плечо брата. — Не порти день Катарине. Не стоит оно того.
На глазах у Нерии навернулись слёзы. Она прижала ладонь к губам, её плечи дрожали. Было видно, что она потрясена и расстроена до глубины души. — Вы… вы оба просто… — она не договорила, развернулась и бросилась к выходу, едва не сбив с ног служанку с подносом.
— Нерия! — Алин рванулся за ней, но Эдем удержал его.
— Дай ей время, — тихо сказал он. — Сейчас она слишком расстроена, чтобы что‑то слушать.
Отец, который всё это время наблюдал за происходящим с другого конца зала, стремительно подошёл к месту конфликта. Его лицо было мрачным, брови сошлись на переносице, а голос прозвучал, как раскат грома:
— Что здесь происходит? — прогремел он. — Марн, Алин, объясните немедленно!
Марн молчал, опустив взгляд. Алин, тяжело дыша, провёл рукой по разбитой губе и бросил короткий взгляд в сторону двери, куда выбежала Нерия. В его глазах читалась смесь злости, боли и раскаяния.
— Он первый начал, — наконец произнёс Алин.
— Потому что ты не оставляешь её в покое! — выпалил Марн, снова вскидывая голову. — Ты всё время рядом, будто она твоя! Будто я ничего не значу!
В зале повисла тяжёлая тишина. Гости переглядывались, перешёптывались, кто‑то поспешно отводил глаза. Даже музыканты перестали играть, замерли со своими инструментами в руках.
Отец, сжав кулаки, посмотрел на Марна:
— Рэймонд спросит у тебя, в чём была причина нападения на Алина, но я уже вижу, что разумных объяснений не будет. Ты отправляешься в Венрею немедленно.
Марн побледнел, но не стал спорить. Он бросил последний взгляд в сторону двери, куда выбежала Нерия, и молча направился к выходу под пристальными взглядами гостей.
— Дамы и господа! — громко объявил отец, обводя взглядом зал. — Вечер окончен, всем до свидания!
Гости начали расходиться, перешёптываясь и бросая любопытные взгляды на участников конфликта. Вечер был испорчен. Айяна постаралась на славу. Мы разошлись по комнатам и легли спать. Дворец погрузился в тишину, лишь изредка нарушаемую отдалённым шорохом ночных стражей да тихим уханьем совы за окном. Воздух в спальне был пропитан ароматом сухих трав, разложенных по углам для сладкого сна, а за окном едва заметно серело — приближался рассвет.
Мы с Эдуардом мирно спали, укутавшись в мягкое одеяло, но резкий стук в дверь вырвал нас из объятий сновидений. Не успела я прийти в себя, как дверь распахнулась и в комнату забежала запыхавшаяся служанка. Её лицо было бледным, глаза широко раскрыты, а руки дрожали.
Я подскочила на постели и инстинктивно прикрылась одеялом, бросив на неё сердитый взгляд:
— Стучаться не учили? — недовольно пробурчала я, протирая глаза.
Служанка, не обращая внимания на мой тон, выпалила, едва переводя дыхание:
— Королева Элианна рожает!