— Ага, все за неё решили! — тихо шепчет мне на ухо Эдем, хмуро глядя на Айяну. — Интересно, чем Лина матушке уже не угодила?
— Эдем, давай разберёмся с этим в комнате, — шикаю на него я, бросив предостерегающий взгляд.
— Ладно, — соглашается он, неохотно отступая.
Я приобнимаю Элину за плечи, и мы направляемся в нашу комнату. Каменные стены замка, казалось, давили на нас, а далёкие шаги стражников эхом отдавались в коридорах.
— Так кто твой жених? — спрашиваю я, когда мы оказываемся в тишине комнаты.
— Эрик Робертс, — отвечает она, вытирая слёзы. — Ему двадцать девять лет, у него есть сын, ему пять лет.
— А где его жена? — интересуется Эдем, скрестив руки на груди.
— Умерла во время вторых родов вместе с ребёнком, — тихо отвечает девушка, и её голос дрожит.
— Тяжёлый случай… Когда свадьба? — уточняю я, чувствуя, как внутри нарастает тревога.
— Через пять дней, — говорит Элина, и её глаза снова наполняются слезами.
— Так быстро? Они там вообще с ума посходили? — возмущается Эдем, сжимая кулаки.
— Так, у нас есть ещё проблемы, кроме твоей свадьбы, — перебиваю я, стараясь взять себя в руки. — В Эфии мой отец с тяжёлыми ранами! В него кто‑то стрелял из лука!
— Боги! Ужас! — восклицает Элина, прикрывая рот рукой. — У кого хватило смелости?
— А то ты не понимаешь, — усмехается мой муж, и его голос звучит холодно.
— Объяснишь? — недоумевает Элина, переводя взгляд с него на меня.
— Моя мать, — коротко отвечает он.
— Вполне ожидаемо, — не удивляюсь я, сжимая пальцами край стола.
— Ты чем планируешь сегодня заняться, жёнушка? — спрашивает Эдем, слегка наклонив голову.
— Готовить еду пленным. Моя цель — найти Айлу, — отвечаю я твёрдо.
— Удачи! Если что — зови!
— Хорошо. Сиди с Элиной, пока я не вернусь.
Я выхожу из комнаты и направляюсь на кухню. Здесь тихо и пусто — ни души, и это радует. Буду готовить в тишине, чтобы собраться с мыслями.
Сначала я готовлю две большие кастрюли каши из овса с мёдом и изюмом — аромат мёда наполняет помещение, напоминая о доме. Затем запекаю рыбу, приправленную травами, и фруктовый пирог, который пахнет летом и солнцем. Провожусь я часа два, но результат того стоит — люди нормально поедят.
Приступаю к раскладыванию еды по тарелкам: каша, кусочек рыбы, ломоть хлеба, кусочек пирога и кружка разбавленного вина. Через час всё готово, осталось разнести по камерам.
Беру тележку, аккуратно раскладываю пятьдесят тарелок и направляюсь в темницу. Здесь сыро, воздух тяжёлый и затхлый, повсюду паутина, свисающая с потолка, как седые пряди. Дойдя до первой камеры, ставлю тарелку с едой пожилому мужчине. Он слабо улыбается и говорит:
— Спасибо, милая, да хранят тебя боги!
Остальные тоже благодарят меня, с аппетитом принимаясь за еду. Теперь нужно взять вторую тележку и разнести оставшиеся пятьдесят порций.
Вернувшись за тележкой, я неожиданно вижу Айяну. Её улыбка кажется фальшивой, а глаза — холодными, как лёд.
— Ада, ты решила разбаловать наших пленных? — спрашивает она, приподняв бровь.
— Нет, просто хорошо покормить, — отвечаю я, стараясь не выдать своих чувств.
— Молодец, милая, — с притворной нежностью произносит Айяна, и от её тона по спине пробегает неприятный холодок.
Я быстро беру тележку и ухожу. Разношу оставшиеся порции по камерам. В последней камере сидит молодая черноволосая женщина. Её глаза тусклые, полные безысходности, но когда она поднимает взгляд на меня, в них вспыхивает удивление.
— Анора? Это ты? Снова пришла… Я так скучаю, — произносит женщина дрожащим голосом.
— Меня зовут Адая Кастор, — отвечаю я мягко.
— Дочь Артура?
— Да.
— Ты так на неё похожа…
— Папа тоже так говорит. Вы — Айла?
— Да, принцесса.
— Я могу задать пару вопросов? — спрашиваю я, стараясь говорить спокойно.
— Конечно, задавай.
— Кто убил мою тётю?
— Эдвард и Айяна Альтаиры, — отвечает она тихо, и её голос дрожит.
— Как это произошло?
— Анора защищала меня… Она умерла из‑за меня… — Айла не сдерживает слёз, и они катятся по её бледным щекам.
Я молчу, пытаясь переварить услышанное. Эдвард и Айяна убили мою тётю. Отец и мать моего мужа. В голове почему-то всплывают воспоминания о войне с Бэйорами.
На улице шёл сильный дождь, капли стучали по земле, смешиваясь с кровью. Я стояла на поле боя и смотрела на окровавленные тела. Большая часть войска Бэйоров была убита. Мы выиграли. Это был мой первый бой бок о бок с отцом. Мне всего пятнадцать, но я уже видела смерть вблизи. Отец в тот день сказал, что я — точная копия тёти Аноры. Её любили все, кроме Айяны Альтаир.
И вот, спустя девятнадцать лет, я вышла замуж за её сына ради мира между нашими королевствами. Раньше я не придавала этому значения, а сейчас поняла: всё было подстроено. Я всего лишь пешка в игре этой женщины. Ну ничего, я покажу ей, что с Касторами опасно играть в игры.