Выбрать главу

— Пусти, у тебя рука холодная. Вампир, что ли?

Хоть голос был хриплым и слабым, её тонкие губы изогнулись в усмешке, будто ничего не произошло. На мгновение Гедеон потерялся, не зная, что сказать. Всевозможные оправдания и извинения просто вылетели из головы, оставив его в состоянии полной растерянности.

Впрочем, шутливый тон располагал к беседе, и юноше удалось вовремя собраться.

— Ага, самый настоящий, — "пошутил" он в ответ.

Часто говорят, что один из лучших способов скрыть правду — обратить её в юмор.

— Закройте окно, господин Дракула... холодно, — фыркнув, просипела она.

Гедеон молча повиновался просьбе, даже не думая ворчать из-за её фамильярности. В помещении стало очень тихо, а воздух начал медленно нагреваться. Казалось, что с каждым поднимающимся градусом густеет сама атмосфера.

Девушка приподнялась со своего места, подоткнув за свою спину подушку. Одеяло соскользнуло с её плеч, и она сильно задрожала, тут же укутавшись в него по самую шею, словно в защитный кокон, после чего внезапно бросила на своего загадочного собеседника мрачный взгляд.

— Судя по времени суток, часы приёма явно закончены, — спустя минуту, холодно произнесла она, не отводя от его лица пронзительных серых глаз.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Стойко выдержав невероятное давление её взгляда, стоявший чуть поодаль Гедеон не повременил с ответом:

— Персонал убеждён в невероятной преданности старшего брата, что был крайне обеспокоен состоянием сестрёнки, и разрешил заночевать вместе с ней в палате.

— Полный бред. Они бы спросили документы.

— ...успешно забытые мной дома. Кстати, молодец, что взяла свои.

— Стационар так не работает. Они ещё могут положить в общую палату не весь кого, но оставлять в качестве сопровождающих разрешено только родителей и только с маленькими детьми.

— ...но в виде исключения нам разрешили, — нацепив самую обаятельную улыбку, юноша решил парировать до последнего.

— Решёток нет... — подозрительно покосилась она в сторону окна.

— ...потому что современные стеклопакеты весьма надёжны, и мы на третьем этаже.

— Может, ты уже объяснишь, кто ты такой, чёрт возьми? — потеряв терпение, рявкнула Лера, наморщив веснушчатый носик.

В этот самый момент юноша понял, что победил, храня выдержку до последнего. Но радоваться было ещё слишком рано.

— С этого и следовало начинать, разве не так? — шутливо подмигнул он, хотя вряд ли это было заметно в темноте, — Гедеон.

— В-Валерия — стушевавшись, буркнула она в ответ.

Гедеону пришлось заглянуть в её документы в момент опасности и выписать информацию. Красивое имя, подумал он еще тогда. Простое и звучное, сильное, гордое, прекрасно подходящее этой необычной девушке. Будучи без сознания, она казалась намного младше, но стоило ей очнуться и заговорить, как, без сомнения. к предполагаемому возрасту прибавилась ещё парочка лет.

— Как много ты помнишь? — спросил Гедеон, скрестив руки на груди.

— А как много можно? — с недоверием покосилась она на него в ответ.

— Вопросом на вопрос? — подмигнул тот, — Не переживай, просто ответь честно. Я не зверь — тебя не съем.

Лера криво усмехнулась, потом задумалась, вероятно, размышляя, насколько много можно рассказать. Возможно, она хотела притвориться, что всё забыла. Для неё это и правда был бы лучший исход, позволявший избежать всевозможных проблем в будущем. Но в случае Гедеона всё было далеко не так просто. Ему было важно знать правду, чтобы понять, как действовать дальше.

Спустя несколько минут напряжённого ожидания, съёжившись под одеялом ещё сильнее, она ответила:

— Я помню всё.

На некоторое время в палате воцарилась полная тишина. Никто из двух молодых людей не произносил ни слова.

За окном царила ночная глушь, ни единая птица больше не издавала ни малейшего звука, даже машины, казалось, перестали проезжать неподалёку. Один лишь ветер, — не подвластная никому стихия, — гулял на свободе, шёпотом проносясь сквозь огорённые ветви деревьев. Позади них одиноко стоял уличный фонарь с полуразбитым плафоном, свет которого создавал жутковатые тени на стенах тёмной палаты и на хмуром лице Гедеона, подпёртом кончиками пальцев.