– Я буду ждать звонка, – небрежно бросил он.
– Сомневаюсь, что мне потребуется ваша помощь, но спасибо.
– Многие бы сочли мое предложение козырем, спрятанным в рукаве. А вы отмахиваетесь от него?
Его голос дрогнул в неверии.
Я натянула вежливую улыбку, пытаясь сгладить свой ответ, – К счастью, я не игрок.
Щелкнул замок.
Машина уехала, как только я подошла к входной двери дом. Провожая взглядом тонированный внедорожник, я осознала, что он никак не вписывается в серые дома вокруг, а пассажиры жили в совершенно другом мире.
Визитка тяжелым грузом лежала в моей руке. Плотный картон белого цвета, ни логотипа компании, ни описания. Лишь номер по центру и имя – Алехандро Корсини.
Я тихо прочитала надпись, смакуя звуки. Обладатель этого имени пугал меня до чертиков. Хищник, упивающийся своей силой и властью. Он загнал меня в угол и продолжал следить за каждым движением, словно выжидая удобного момента для удара.
А его глаза…
Вспоминая эту чарующую голубизну, я поняла, что никогда прежде не встречала такого оттенка. Они пленяли своей холодной чистотой.
Хуже всего, что этот мужчина успел заинтриговать меня. Должно быть, после падения у меня поехала крыша. Или это была просто усталость. В моей жизни не было места неосуществимым мечтам. Это была всего лишь реакция на страх и адреналин.
Затолкав визитку обратно в карман, я со спокойной душой вдохнула прохладный утренний воздух. В моей квартире было чисто, никаких следов вчерашней передряги. Словно, ничего не произошло. Уверена, мы оба надеялись, что наши миры больше никогда не пересекутся.
Глава 4.
АЛЕХАНДРО
Это не входило в мои планы.
Дверь за ней захлопнулась, машина вклинилась в дорожный поток, а меня необъяснимо тянуло обратно. Всего-то нужно было поблагодарить ее и убедить держать язык за зубами. Но кто бы мог подумать, что миниатюрное создание, которое Сэмюэль вынесет на руках из потрепанного дома, очнется и тут же будет дерзить, несмотря на страх. Это забавляло и злило одновременно. Она не могла не восхищать своей силой воли.
Ночь, переходящая в утро, была полна сюрпризов. Кто-то объявил мне войну, младший брат по своей глупости оказался на грани смерти, а посторонняя женщина вытащила его с того света. И даже после такого, очнувшись в незнакомом месте, она сперва спросила о нем. Сколько глупости и благородного милосердия в этой головке! Она не в силах сдерживаться даже при виде меня, для собственного блага.
– Сэр, – Сэмюэль посмотрел на меня в зеркало заднего вида, пока мы стояли на светофоре.
– Говори уже, – я чувствовал беспокойство в его голосе.
– Почему вы просто не заплатили ей, как планировали? – таков был изначальный план, и перемена в сценарии удивила его, – Зачем дали ей свой номер?
Сэмюэль был со мной достаточно долго, чтобы понимать разницу. В моих кругах у людей больше денег, чем у некоторых стран, поэтому особую важность имеют связи и долги. Мне было бы проще откупиться, и навсегда забыть об этом. Но теперь я был в долгу перед ней, даже если она отказывалась признавать это.
Я усмехнулся. Предложи я деньги, она бы не задумываясь швырнула их мне в лицо.
Слишком гордая, слишком сильная, слишком красивая... Нет, я не буду думать об этом. Судьба расставит все по своим местам. Если нам суждено вновь встретиться, она найдет меня, и я дал ей эту возможность.
– Думаю, это не последняя наша встреча, – я очень надеялся на это, – На всякий случай, собери о ней информацию.
– Планируете нанять ее?
Каждый член Семьи, нанятый мною, проходил тщательную проверку. Обычно я устанавливал за ними круглосуточную слежку, мы следили за их работой, друзьями, семьей. Это система обеспечивала безопасность, выживание нашего дела. Я не доверял никому, порой даже самому себе.
– Следуй стандартному протоколу, решим позже.
Прислонившись к спинке сиденья, я потер переносицу, желая прогнать ее образ из мыслей. По натуре испуганный кролик, она выпускала когти не хуже строптивой кошки. Она не побоялась взглянуть в лицо своему похитителю, резнуть и вытребовать ответа. Даже загнанная в угол, она продолжала держать голову поднятой. Трудно было вспомнить, когда в последний раз девушка удивляла меня своей храбростью. И все же ни одна не смела так открыто бросать мне вызов.
Прикосновение было лишним, не стоило позволять себе этой вольности.