Я не знаю, сколько времени провела за ноутбуком, потому что заснула прямо за ним, утомлённая эмоциональными потрясениями последних дней. Мне снова снились кошмары — тёмные коридоры, чьи-то шаги за спиной и невозможность кричать, — и открыв глаза, я ещё какое-то время не могла избавиться от ощущений погони, что было во сне. Простыни были скомканы и влажны от пота, а сердце колотилось, как пойманная птица.
Посмотрев на время, я осознала, что проспала до самого утра следующего дня. Сегодня у меня смена в кофейне, поэтому долго разлеживаться я не стала, хотя тело протестующе ныло.
Поднявшись с кровати, я направилась в ванную, приводить себя в порядок. И взглянув на себя в зеркало, не успевшее подняться настроение рухнуло кубарем вниз. В отражении на меня смотрело нечто усталое и замученное, с бледной кожей, подчеркивающей темные круги под глазами, которые казались почти синюшными на истончившемся лице. Глаза, обычно ярко карие, сейчас выглядели тусклыми и покрасневшими, а пучок черных волос скорее напоминал гнездо, разодранное хищником.
В связи с этим, на сборы сегодня у меня ушло больше времени но на работу я не опоздала.
Глава 8
Сегодня в кофейне было крайне оживлённо, выходные всё же. Солнечный свет, проникающий сквозь большие панорамные окна, освещал уютный зал, заполненный смехом. Запах свежемолотого кофе и выпечки создавал атмосферу тепла и комфорта. Но меня такая суета только радовала. Чем больше гостей, тем больше чаевых звенело в кармане моего фартука, а деньги мне сейчас как никогда нужны. Каждая купюра приближала меня к мечте об оплате колледжа.
Я сегодня была так увлечена работой что не заметила, как день растворился в вечерних сумерках. До закрытия оставался час, когда Лекси, срочно пришлось уехать. А это значит, что смену придётся закрывать в одиночку, задержавшись ещё как минимум на полтора часа. За которые мне, к слову, никто доплачивать не собирается — это было негласное правило миссис Томсон, нашей строгой начальницы с пучком седых волос и вечно недовольным выражением лица.
И вот я уже начала закрывать кассу, пересчитывая выручку и мечтая о горячей ванне, когда звук колокольчика разнёсся по опустевшему помещению, резкий и неуместный в тишине.
— Мы закрыты, — сообщила я клиенту, не поднимая глаз, продолжая перебирать купюры холодными от усталости пальцами.
«Я что забыла повесить табличку?» — мелькнула в голове раздражённая мысль.
— Надо поговорить, — знакомый голос, пропитанный властью и снова этот приказной тон, от которого по спине пробежал холодок, заставил меня замереть.
Медленно подняв глаза, словно оттягивая неизбежное, я увидела перед собой Алана, одетого в безупречно сидящий деловой костюм стального серого цвета. Ткань обтягивала его широкие плечи, а воротничок белоснежной рубашки оттенял загорелую кожу. Но его взгляд, пронзительный, зеленый и полный раздражения, не предвещал ничего хорошего. В нём читалось то же превосходство, что и при нашей прошлой встрече — будто я была мухой, которую он собирался прихлопнуть.
— О чём же? — поинтересовалась я, стараясь, чтобы голос звучал равнодушно, хотя внутри всё сжалось от непонятного предчувствия беды.
— О твоих глупых и необдуманных поступках. И о вариантах расплаты за них, — каждое слово звучало как приговор, словно он уже всё решил за нас обоих.
Что я должна была на это ответить? Моё сердце, предательски ускорившись, гулко стучало в груди. Какие ещё поступки? В чём он меня обвиняет на этот раз?
— Буду ждать тебя на парковке, — бросил он тоном, не терпящим возражений и развернувшись вышел из кофейни.
А я ещё долгие минуты сверлила входную дверь, прикусив губу до боли и обдумывая свои дальнейшие действия. В голове проносились десятки сценариев, и ни один из них не сулил ничего хорошего.
Мне всего лишь хотелось поскорее закончить смену и спокойно добраться до кровати, почувствовать прохладное прикосновение подушки к щеке и забыться сном. Я не горела желанием пересекаться с Аланом и ещё о чем-то с ним разговаривать. Его присутствие словно высасывало из меня все силы, оставляя пустоту и страх. Чёрт.
За уборкой я провела ещё полчаса, методично протирая столы, расставляя стулья и пересчитывая чашки на полках. Когда миссис Томсон, со своими поджатыми тонкими губами, дала добро на закрытие. За это время, перебирая в голове все «за» и «против», я решила, что прятаться смысла нет. Если Алан хочет поговорить, мы поговорим. Я не могу вечно избегать этого высокомерного ублюдка, особенно если он настроен серьёзно.
Переодевшись в свою повседневную одежду, состоявшую из желтого топа, обнажающего плечи и подчеркивающего ключицы, и потертых джинсовых шорт, я, набрав полной грудью воздух, словно перед прыжком в ледяную воду, вышла из кофейни. Алан, как и обещал, ждал меня на парковке, сидя в своей дорогой машине, блестевшей в свете фонарей как хищник перед прыжком. Я подошла почти вплотную, когда он наконец соизволил покинуть салон, выйдя из автомобиля с грацией хищника.
— Ты сказал, что хочешь о чём-то поговорить, говори, — мой голос звучал увереннее, чем я себя чувствовала, и я мысленно похвалила себя за это.
— Объясни мне, почему ты такая проблемная? — выстрелил он фразой, словно пулей, прямо мне в сердце.
Это я-то проблемная? Возмущение поднялось во мне горячей волной, окрасив щеки румянцем. Если память мне не изменяет, то это не я кидаюсь на незнакомых людей, не я засовываю их в багажник своей машины, и не я угрожаю расправой тоном мафиозного босса. И, не делая всего этого, я оказывается проблемная? Интересное предположение от человека, чье поведение больше подходит психопату, а не наследнику империи.
Отвечать на этот выпад я не собиралась, поэтому просто продолжила стоять и смотреть на него со вскинутыми бровями, позволяя тишине между нами сгуститься как предгрозовая атмосфера.
— На какой хрен ты растрепала Роуз о нашем вчерашнем разговоре? — в его глазах промелькнула настоящая ярость, которую он даже не пытался скрыть.
— Почему я должна была молчать? — возмутилась я, подавшись вперед. — Ты забыл, что применил ко мне силу? — или для него это такая ерунда, что не стоит и внимания, что-то вроде открывания двери или подачи руки — обыденное повседневное действие?
— Ой, ну не начинай… — он скривил красивое лицо в презрительной гримасе, словно я была капризным ребенком. — Если бы я хотел сделать тебе больно, я бы сделал.
Нет, ну он серьёзно сейчас? От его слов по телу пробежала дрожь — не только страха, но и гнева.
— Ясно. Пока, — я развернулась в противоположную сторону, волосы взметнулись за спиной, и быстрым шагом направилась к своей машине. Ноги, казалось, двигались сами по себе, унося меня прочь от этого невыносимого человека.
Но Алан, с его длинными ногами и целеустремленностью хищника, догнав меня, преградил путь, встав передо мной как непреодолимая стена.