— Роуз, что случилось? — я бросилась к ней, обнимая за плечи.
Она пыталась что-то сказать, но всхлипы мешали ей говорить связно.
— Я… мы поругались… он такой идиот… — наконец выдавила она между рыданиями.
— Кто? Андре? — тихо спросила я, зная, что о её тайном парне никто не должен знать.
Она кивнула, вытирая слезы тыльной стороной ладони. Но волна слёз снова полилась из её глаз.
— Эй, всё будет хорошо, — я погладила её по спине. — Давай приведем тебя в порядок и уедем отсюда?
Я помогла ей умыться холодной водой, достала из клатча пудру и замаскировала красноту вокруг её глаз.
— Пойдем домой, — сказала я, приобняв её.
Мы вышли из клуба и заказали такси. Роуз вцепилась в мою руку, как утопающий в спасательный круг.
— Поедешь со мной? — умоляюще посмотрела она на меня. — Я не хочу быть одна сегодня. Пожалуйста? Останься у меня на ночь.
В голове сразу появился образ Алана. Если память мне не изменяет, то Роуз живёт со своими братьями в одном доме. Мне бы очень не хотелось пересекаться с кем-то из них. Моему появлению они точно рады не будут. Но видя состояние Роуз и её молящий взгляд, я сдалась.
— Конечно, — я не могла ей отказать в таком состоянии. — Только маме напишу, что у тебя ночую.
Когда такси подъехало к району, где жила семья Роуз, я невольно приоткрыла рот. Я знала, что они богаты, но не представляла масштабов. Перед нами при въезде на их участок открылся огромный двухэтажный особняк, окруженный высоким забором из какого-то зеленого дерева. Массивные ворота впустили нашу машину, и я увидела во дворе несколько мужчин в черных костюмах, которые внимательно наблюдали за подъезжающим такси. Охрана.
После расчета с водителем мы вышли из машины и поднялись к дому. Просторный холл встретил нас мраморным полом и впечатляющей люстрой. Справа вела широкая лестница на второй этаж, куда мы сразу и направились. Наверху тянулся длинный коридор с бесчисленным количеством дверей. Роуз потянула меня к своей комнате, которая оказалась роскошной спальней с собственной ванной.
Я помогла ей умыться, смыть макияж и переодеться в пижаму. Уложила её в постель, как ребенка. Она что-то бормотала засыпая, свернувшись калачиком, а я легла рядом, накрывшись краешком одеяла.
В темноте, слушая ровное дыхание Роуз, я невольно вернулась мыслями к тому, что произошло в клубе. К Алану. К его поцелую. Злость поднималась внутри волнами. Он разрушил мои отношения с Роем, угрожал мне, применил шантаж, а теперь ещё и руки стал распускать. Так будто я словно вещь которой можно пользоваться по своему смотрению.
Но что-то ещё, кроме злости, беспокоило меня. Что-то, в чём я не хотела себе признаваться. Поцелуй оставил во мне странное, незнакомое ощущение — словно электрический ток пробежал по венам, заставив каждую клеточку тела откликнуться. Даже с Роем, при всей моей привязанности к нему, я не чувствовала такого напряжения, такого жара. То были нежные, осторожные и чувственные поцелуи, а этот… этот был как прыжок в пропасть без парашюта.
И это пугало меня больше всего, осознание того, что самый ненавистный мне человек смог вызвать такой отклик в моем теле. Я перевернулась на другой бок, пытаясь отогнать непрошеные мысли. Ничего это не значит, уверяла я себя. Просто алкоголь и стресс. Завтра всё встанет на свои места.
Глава 16
Я проснулась посреди ночи, ощущая, как желудок скручивает от голода. Чёрт, я же почти сутки ничего не ела. В горле пересохло так, что глотать было больно. Осторожно, стараясь не разбудить Роуз, я выскользнула из-под одеяла и встала с кровати. Подруга даже не шелохнулась — после всех этих слёз и алкоголя она спала как убитая.
Выйдя из комнаты, я обнаружила, что в доме царила полная тишина. Несмотря на роскошь, ночью в этом огромном особняке было жутковато. Я медленно спустилась по лестнице, стараясь не шуметь. Где в этом дворце вообще может быть кухня?
Проходя по одному из коридоров, я услышала какие-то звуки и заметила свет, пробивающийся из-под двери в конце прохода. «Отлично, наверное, это кухня» — подумала я, направляясь к источнику света.
Дверь была приоткрыта, и я уже собиралась войти, когда замерла на месте, пораженная увиденным. Это была не кухня. Это была спальня. И то, что происходило на огромной кровати, заставило меня застыть, не в силах пошевелиться.
На смятых шелковых простынях лежала обнажённая девушка с раскинутыми ногами, которые опирались на плечи мужчины, нависающего над ней. Её тело изгибалось в такт его движениям, пальцы скользили по его спине, оставляя красные следы. Их тяжелое дыхание и стоны заполняли комнату. Мужчина двигался медленно и властно, заставляя её выгибаться и просить о большем.
С ужасом я узнала профиль Алана. В какой-то момент, словно почувствовав мой взгляд, он повернул голову и посмотрел прямо на меня. Его зелёные глаза будто потемнели до черноты в полумраке комнаты. Он смотрел на меня неотрывно, не моргая, с какой-то гипнотической интенсивностью.
Не разрывая зрительного контакта, он ускорил темп, впиваясь пальцами в бёдра девушки, которая даже не подозревала о моём присутствии. Она стонала громче, выкрикивая его имя, умоляя не останавливаться. А он всё смотрел на меня этим своим пронзительным, не моргающим взглядом.
Жар прилил к моему лицу. Какого чёрта я стою и смотрю на это?! Когда девушка закричала в экстазе, я наконец очнулась и отпрянула от двери. Быстро, почти на цыпочках, я отошла за угол, прислонилась к стене и попыталась восстановить дыхание.
Сердце колотилось как сумасшедшее, во рту пересохло ещё сильнее. Что это только что произошло? И почему, боже мой, сейчас во мне вместе с отвращением бурлит… возбуждение? На секунду я даже представила себя на месте той девушки, и эта мысль заставила меня яростно замотать головой.
— Тебе нужен психиатр, — пробормотала я себе под нос.
Я заставила себя двигаться дальше по коридору, отчаянно ища кухню. Через пару минут блужданий я наконец нашла её — огромную, сверкающую хромом и мрамором.
Я подошла к холодильнику, в котором обнаружила множество контейнеров и свёртков с едой. Среди всего этого великолепия мой взгляд привлекла запеканка, аккуратно завёрнутая в фольгу. Я подумала, что ничего страшного не будет, если я отрежу себе кусочек. Я, конечно, не хотела хозяйничать в чужом доме, но и умирать от голода тоже не входило в мои планы.
Обнаружив микроволновку, я поставила туда тарелку с запеканкой. Мне очень хотелось не думать о том, что я только что видела, но образ Алана и его партнерши никак не покидал мою голову. Внутри поднималась какая-то странная смесь нервозности и злости. Я закрывала глаза, и эта картина возникала снова и снова, что бесило меня ещё больше.
Когда запеканка разогрелась, я села за кухонный остров и начала есть. Видимо, злость разожгла мой аппетит, потому что я накинулась на еду с какой-то первобытной жадностью. Впрочем, я быстро насытилась, съев всего пару кусочков, и решила вернуть остатки в холодильник.