— Клянусь, — прошептала я. — Между нами всё кончено.
Что-то изменилось в его взгляде, какая-то искра промелькнула, и в следующий миг его губы обрушились на мои. Это был не поцелуй — это было нападение. Жесткое, собственническое, почти болезненное. Его губы грубо терзали мои, язык бесцеремонно вторгся внутрь, изучая, завоёвывая, утверждая власть. Его зубы прихватили мою нижнюю губу, вызвав смесь боли и странного наслаждения.
Внутри меня словно взорвался фейерверк. Все чувства, которые я так долго подавляла, все эмоции, которые отрицала, вдруг вырвались наружу. К своему удивлению, я начала отвечать на его поцелуй с не меньшей страстью. Мои руки сами собой взметнулись к его голове, пальцы запутались в его волосах, притягивая ближе.
Алан убрал руки с моей шеи, и теперь они блуждали по моему телу — сжимали талию, скользили по спине, забирались под блузку, оставляя за собой огненные следы. Его прикосновения были жадными, нетерпеливыми, как будто он хотел ощутить каждый сантиметр моей кожи одновременно.
Я хотела раствориться в этих ощущениях, забыться в них. Плевать на все — на наше сложное прошлое, на мои сомнения, на завтрашний день. Сейчас я хотела только чувствовать. Пусть эти эмоции были мне чужды, пусть они пугали меня своей силой, я больше не могла от них отказываться.
Алан оторвался от моих губ только для того, чтобы проложить дорожку поцелуев по линии челюсти к шее. Я запрокинула голову, давая ему лучший доступ, и выдохнула, когда он нашел особенно чувствительное место на изгибе между шеей и плечом. Он не просто целовал — он чередовал поцелуи с легкими укусами, затем успокаивал языком, вызывая волны дрожи, прокатывающиеся по всему телу.
Внезапно он подхватил меня, и я инстинктивно обвила его талию ногами. Алан перенес меня на диван, опустив на мягкие подушки, и навис сверху, его взгляд был темным от желания.
— Элиз, — прохрипел он, и мое имя в его устах прозвучало как молитва.
Я смотрела на него широко раскрытыми глазами, ощущая смесь страха и возбуждения. Я никогда не заходила так далеко ни с одним парнем. То, что происходило между нами, одновременно пугало и манило.
Алан одним плавным движением стянул свою футболку через голову, открыв взгляду рельефную грудь и плоский живот с дорожкой светлых волос, исчезающей за поясом джинсов. Я невольно протянула руку и коснулась его груди, ощущая, как под моими пальцами бешено колотится его сердце.
Наклонившись, он снова захватил мои губы своими, на этот раз поцелуй был медленнее, глубже, но не менее страстным. Его руки скользнули к пуговице моих шорт, ловко расстегнули ее и потянули вниз молнию. Все это время его губы не отрывались от моих, заглушая мои тихие стоны.
Его рука проникла под ткань моего белья, и я вздрогнула от неожиданности, когда его пальцы коснулись самого сокровенного. Он нежно исследовал меня, находя чувствительные точки, от прикосновения к которым по телу растекалось жидкое пламя.
— Алан, — выдохнула я, не узнавая свой голос.
— Тише, — прошептал он, целуя меня в висок.
Его пальцы двигались уверенно, находя ритм, который заставлял меня выгибаться навстречу его руке. Когда он коснулся особенно чувствительной точки, я вскрикнула от неожиданности и удовольствия. Алан улыбнулся и начал мягко массировать это место, создавая круговые движения, от которых внутри нарастало невыносимое напряжение.
А потом его палец медленно проник внутрь, и этого оказалось достаточно. Волна ослепительного удовольствия накрыла меня с головой, заставив вскрикнуть и выгнуться дугой. Никогда в жизни я не испытывала ничего подобного. Это было словно взрыв всех чувств одновременно — интенсивный, головокружительный, всепоглощающий.
Когда я наконец смогла открыть глаза, то увидела лицо Алана совсем близко. Он смотрел на меня с таким выражением, будто видел что-то невероятно красивое.
Я все еще дрожала от отголосков пережитого, не в силах произнести ни слова. В голове промелькнула мысль, что только что я пересекла какую-то невидимую черту, и пути назад уже нет. Но странным образом это не пугало меня так, как должно было бы.
Глава 30
Алан снова сокрушил мои губы своими, на этот раз с еще большей настойчивостью. Комната наполнилась жаром наших тел, время словно замедлилось. Его руки нетерпеливо скользнули к пуговицам моей блузки, расстегивая их одну за другой, пока ткань не разошлась, открывая взгляду мое тело.
Он медленно склонился и коснулся губами кожи над кромкой бюстгальтера. Моя грудь вздымалась от частого дыхания, каждое его прикосновение отзывалось новой волной жара внизу живота. Когда его пальцы ловко расстегнули застежку бюстгальтера, и он отбросил его в сторону, я инстинктивно прикрылась руками.
— Нет, — прохрипел Алан, осторожно отводя мои руки. — Я хочу видеть тебя.
Его взгляд, блуждающий по моему телу, был почти осязаемым. А потом его губы прикоснулись к моей груди — сначала легко, почти невесомо, потом все настойчивее. Когда его язык обвел ареолу и коснулся чувствительного соска, я не смогла сдержать громкого стона. Алан улыбнулся, явно довольный моей реакцией, и продолжил сладкую пытку, чередуя легкие укусы с нежными поцелуями.
Одна его рука спустилась к краю моих шортов, и он начал медленно стягивать их вниз. Странное чувство паники вдруг всколыхнулось во мне.
— Алан… — позвала я, но он, похоже, не услышал, продолжая покрывать поцелуями мою шею, спускаясь все ниже.
— Алан, — повторила я более настойчиво, но он лишь промычал что-то в ответ, его пальцы уже зацепили резинку моего белья.
— Алан! — почти вскрикнула я, когда он потянул ткань вниз. — Я девственница!
Его тело мгновенно окаменело. Он замер, уткнувшись лицом мне в шею, и я могла чувствовать его учащенное дыхание на своей коже. Несколько долгих секунд он оставался неподвижным, затем медленно приподнялся, опираясь руками по обеим сторонам от моей талии.
Его глаза, пронзительные и темные от желания, встретились с моими. В них читалось удивление, а затем что-то еще — что-то, что я не могла точно определить.
— Мы можем решить эту проблему, — произнес он с ухмылкой на лице.
— Для меня это не проблема, — возмутилась я, уже готовая продолжить тираду о том, что это мой выбор и мое тело, но Алан не дал мне договорить.
Его губы накрыли мои в поцелуе, совершенно непохожем на все предыдущие. Он был мягким, почти нежным. Его язык не вторгался, а просил разрешения, его губы не требовали, а предлагали. Это было совершенно новое ощущение — словно мы не просто делили физическое влечение, а разделяли что-то более глубокое, интимное. Я невольно подалась навстречу этому поцелую, позволяя ему углубиться, наслаждаясь каждым мгновением этой неожиданной нежности.
— Сегодня тебе повезло, — прошептал он мне прямо в губы, его дыхание смешивалось с моим. — Но в следующий раз, эта отговорка не прокатит.