— Если бы было всё так просто…
В этом коротком ответе скрывалось столько всего, что я почувствовала себя неуютно, словно подглядывающей в замочную скважину. Роуз, заметив мое замешательство, ловко перевела разговор на меня. Я рассказала о работе в кофейне, о недавнем поступлении в университет, о мечтах и планах. Слова лились легко, и время пролетело незаметно.
Когда вечер окрасил небо в пурпурные тона, а официанты начали зажигать свечи на столиках, Роуз неожиданно предложила:
— Слушай, моя кузина Валери устраивает вечеринку в эту субботу. Я терпеть не могу эти сборища, но обязана там появиться. Составишь мне компанию?
Я колебалась. С одной стороны, мысль о том, чтобы оказаться среди незнакомых богатых людей, пугала. С другой — Роуз смотрела на меня с такой надеждой, что отказать было невозможно.
— Хорошо, — наконец согласилась я, не подозревая, какие последствия повлечет за собой это простое слово.
Субботний вечер окрасил небо в нежно-розовые тона, когда у моего дома остановился ярко-красный кабриолет. За рулем сидела Роуз, ее светлые волосы развевались на ветру как знамя. Сердце екнуло — не то от волнения перед предстоящей вечеринкой, не то от вида роскошного автомобиля, который стоил, вероятно, как год обучения в моем университете.
— Вау, вот это автомобиль! — выдохнула я, приближаясь к машине.
Лакированный корпус отражал закатное солнце. Роуз улыбнулась, наблюдая за моей реакцией.
— Такси к вашим услугам, мадам, — произнесла она, шутливо изображая шофера.
Я осторожно опустилась на пассажирское сиденье, чувствуя, как кожаная обивка нежно обнимает мое тело. Платье, которое я выбрала, было единственным по-настоящему праздничным нарядом в моем гардеробе — белое, на тонких бретельках, с орнаментом из голубых цветов. Сверху я накинула белый укороченный пиджак, а черные как смоль волосы впервые за долгое время накрутила в локоны.
Роуз нажала на газ, и кабриолет, словно хищник, сорвался с места. Ветер немедленно атаковал мою прическу, несмотря на обилие лака, которым я ее закрепила. Но сейчас мне было все равно — адреналин от скорости, предвкушение неизвестного и чувство свободы смешались в головокружительный коктейль.
Когда мы въехали на территорию элитного поселка, расположенного на окраине города, мой рот невольно приоткрылся от изумления. Огромные особняки, утопающие в зелени, идеально подстриженные газоны, на которых не было ни единой соринки, причудливые фонтаны и статуи — всё это казалось декорацией к фильму о богатых и знаменитых.
— Приехали, — объявила Роуз, сворачивая на длинную подъездную аллею.
Особняк, перед которым мы остановились, был воплощением роскоши. Двухэтажный, построенный из светло-серого камня, с величественными колоннами и широкой лестницей, ведущей к парадному входу. Плющ, обвивавший часть стены, придавал зданию романтический вид. На подъездной дорожке уже выстроился ряд автомобилей — каждый дороже предыдущего.
— Ну что, пойдём? — голос Роуз вырвал меня из оцепенения.
Паника накатывала волнами, когда мы поднимались по лестнице. Что я здесь делаю? Что скажу этим людям? О чем буду с ними разговаривать? Мысли роились в голове, как растревоженные пчелы. Но отступать было поздно — Роуз уже нажала кнопку звонка.
Дверь распахнулась мгновенно, словно хозяйка дома стояла за ней, ожидая нас. На пороге появилась невысокая девушка с короткими рыжими волосами, подстриженными под каре, и ослепительной улыбкой на идеально накрашенных губах.
— Роуз! Как я рада тебя видеть! — воскликнула она с таким энтузиазмом, что я невольно усомнилась в его искренности.
— Валери, — сдержанно ответила Роуз.
Они обменялись поцелуями в щеки, после чего Валери перевела взгляд на меня. Ее глаза, ярко-зеленые, как у кошки, быстро оценили мой наряд.
— Это Элизабет, моя подруга, — представила меня Роуз.
— Очень приятно, Элизабет. Я Валери, — она протянула мне руку для пожатия. — Ну что ж, девочки, проходите, вас уже заждались.
Мы последовали за ней через просторный холл, где мраморный пол отражал свет хрустальных люстр. Стены были увешаны картинами в тяжелых позолоченных рамах, а в центре стояла массивная ваза с композицией из белоснежных лилий. Их аромат, сладкий и немного удушающий, наполнял пространство.
Миновав гостиную с камином, где несколько пар уютно расположились на диванах, мы направились к выходу на задний двор. Валери по-королевски распахнула двустворчатые белые двери, приглашая нас следовать за ней.
Задний двор оказался не менее впечатляющим, чем дом — огромный, с идеально ухоженным газоном и ландшафтным дизайном, достойным обложки журнала. В центре располагался бассейн с лазурной водой, вокруг которого стояли шезлонги с белоснежными подушками. Дальше, на открытой веранде, находилась компания молодых людей.
Когда мы поднялись на веранду, я почувствовала на себе любопытные взгляды. За круглым диваном с белой кожаной обивкой сидели две девушки и трое парней. При нашем появлении они оживились — девушки поднялись, чтобы поприветствовать Роуз, а парни оценивающе присвистнули.
Мы сели на край дивана, а Валери устроилась между двумя девушками.
— Где ты пропадала? — обратилась одна из них к Роуз. — Мы уже думали в розыск подавать.
В ее голосе звучала не столько забота, сколько желание выведать подробности.
— Были кое-какие дела, — уклончиво ответила Роуз, поправляя прядь волос.
— У малышки Роуз появились секреты от нас… — протянул один из парней, наполняя бокал янтарной жидкостью.
Роуз проигнорировала колкость.
— Познакомьтесь с моей подругой Элизабет.
Все взгляды обратились ко мне, и я почувствовала себя экспонатом в музее.
— Элизабет… — один из парней словно смаковал мое имя. — Откуда будешь?
— Я из Черч Хилла, — ответила я, стараясь, чтобы голос звучал уверенно.
Девушки обменялись взглядами, а парни ухмыльнулись. Никто не спешил представляться в ответ. Атмосфера внезапно стала напряженной, как перед грозой.
Тишину нарушил звук шагов. Я обернулась и увидела его — Алана, брата Роуз. Он стоял, небрежно облокотившись о балку, в метре от нас. Темно-синий пиджак идеально сидел на его широких плечах, белая рубашка контрастировала с загорелой кожей. Но его надменное выражение лица портило всю картину.
Все взгляды, словно прожекторы, устремились на него. А он, не обращая внимания ни на кого, прошел вглубь веранды и опустился в единственное свободное кресло напротив нас.
— Не думал, что ты начнёшь дружить с обслугой, — произнес он, смотря прямо на Роуз.
Его слова ударили меня, словно пощечина. Я застыла, не веря своим ушам. Неужели он действительно это сказал? Прямо здесь, при всех?
— Алан, потрудись выбирать выражения, — гневно прошипела Роуз.