Я поёрзала на диване, чувствуя, как по спине пробегает холодок. После нашей последней встречи, когда я влепила ему пощёчину за насильственный поцелуй и непрошеное предложение руки, я надеялась какое-то время его не видеть. Теперь же он сидел прямо передо мной, с бокалом виски в одной руке и едва сдерживаемыми обидой и гневом в глазах.
Воздух в комнате, казалось, сгустился от напряжения. Рой смотрел на меня, Алан украдкой наблюдал за нами обоими, Лора следила за Аланом, Роуз — за своим женихом. Мы все были заперты в странной игре взглядов, в которой каждый пытался разгадать мысли другого, не выдав своих собственных.
— Итак, — Доминик хлопнул в ладоши, пытаясь разрядить атмосферу. — Что у вас тут происходило? Судя по атмосфере и этим. — он указал на пустые бокалы из-под коктейлей. — Веселье было в самом разгаре.
— О, ты даже не представляешь, — хихикнула одна из подруг Роуз. — Мы только что попрощались с очень горячими пожарными.
— Какими ещё пожарными? — нахмурился Калеб.
Валери, почувствовав возможность взять ситуацию под контроль, театрально откинула волосы:
— Я устроила Роуз небольшой сюрприз. Пять потрясающих парней в форме… точнее, без неё.
— Стриптизёры? — брови Роя взлетели вверх, а его взгляд метнулся к Роуз. — Ты наслаждалась мужским стриптизом накануне нашей свадьбы?
В его голосе сквозила ледяная ярость, замаскированная под шутку. Роуз, ещё не до конца протрезвевшая, пожала плечами:
— Это девичник, Рой. Обычная традиция.
— И ты, конечно, активно участвовала? — его голос стал тише, что делало его ещё опаснее.
— Брось, приятель, — вмешался Доминик, хлопнув Роя по плечу. — Это же просто развлечение!
Я видела, как челюсть Роя напряглась.
— А как насчёт тебя, Элизабет? — внезапно Рой перевёл внимание на меня. — Тоже наслаждалась шоу?
Его тон был обманчиво лёгким, но глаза оставались холодными. Я почувствовала, как все взгляды обратились ко мне. Особенно тяжёлым был взгляд Алана — я буквально физически ощущала его, хотя не смотрела в его сторону.
— Не особо, — я пожала плечами, стараясь казаться безразличной. — Я предпочла наблюдать со стороны.
— Она даже не позволила танцору к себе прикоснуться, — вставила Лора с фальшивым смешком. — Наша Элизабет оказалась такой недотрогой!
— Восхищаюсь твоей… добродетелью. — произнёс Рой, делая акцент на последнем слове. — Особенно с учётом твоего нового украшения. Кто-то особенный подарил?
Я почувствовала, как кровь отливает от лица. Краем глаза я заметила, как Алан подался вперёд в своём кресле, его руки сжались в кулаки. Лора переводила недоумённый взгляд, между нами.
— Это просто кольцо. — я попыталась звучать небрежно, прикрывая правую руку левой.
— Вот как? — Рой поднял бровь. — Что-то раньше я такого украшения на тебе не замечал. Очень… символично. Особенно с учётом последних обстоятельств.
Я чувствовала, как ускоряется мой пульс. Рой играл с огнём, намеренно подводя разговор к опасной черте.
— Какие ещё обстоятельства? — спросила Роуз, переводя озадаченный взгляд между мной и своим женихом. Алкоголь всё ещё затуманивал её восприятие, но инстинкты явно подсказывали ей, что происходит что-то странное.
Все взгляды в комнате устремились на нас. Тишина звенела, как натянутая до предела струна, готовая лопнуть в любую секунду. Мысленно я умоляла Роя замолчать, не делать глупостей
В моей голове проносились обрывки фраз, которые я могла бы сказать, десятки способов перевести разговор, сменить тему, но язык прилип к нёбу. Мне было страшно за Роуз, за себя, за Алана… И этот страх парализовал меня.
Но в следующий момент произошло нечто ещё хуже. Один за другим телефоны в комнате начали синхронно издавать звуки уведомлений. Резкие звонки и вибрации, словно рой потревоженных пчёл, наполнили пространство. Сначала недоумевающие, потом встревоженные, люди потянулись к карманам и сумочкам.
Я машинально проверила свой телефон, но экран оставался пустым. Ни одного уведомления. Подняв растерянный взгляд, я встретилась глазами с Роем. Он сидел неподвижно, не пытаясь проверить свой телефон. Его губы изогнулись в кривой, торжествующей улыбке. В тот момент я почувствовала, как холодок пробежал по позвоночнику — предчувствие неизбежной катастрофы.
Первый звук, разорвавший тишину, был пронзительным криком Лоры. Это был не просто вопль удивления или испуга — в нём слышалась чистая, неприкрытая ярость. Она вскочила с места, её зрачки расширились, а лицо исказилось в гримасе, от которой её идеальные черты стали почти уродливыми.
— Это, блядь, что за херня?! — выкрикнула она, вытягивая телефон прямо мне в лицо.
Мир вокруг замер. На экране был коллаж из двух фотографий. На первой мы с Роем стояли, прижавшись друг к другу. Его губы на моих, мои руки на его груди… Глядя на снимок, посторонний никогда бы не догадался, что это насильственный поцелуй. Что я пыталась его оттолкнуть. Что мои руки не ласкали, а отталкивали. По почти пожелтевшим листьям, кружащимся на ветру, было очевидно, что фотография сделана совсем недавно. На второй фотографии — мы в том самом кафе, где он сделал мне предложение. Его рука поверх моей, интимно, собственнически.
От шока меня затрясло, будто кто-то вылил на меня ведро ледяной воды. Горло перехватило, не давая выдавить ни звука. Мысли мельтешили, как испуганные птицы, бьющиеся о клетку черепа. Кто сделал эти снимки? Кто их разослал? Но в глубине души я уже знала ответ.
Вокруг нас возник гул шепотков и шипений. Я чувствовала, как меня препарируют десятки взглядов, как под микроскопом. Дышать стало трудно, словно воздух в комнате загустел, превратившись в патоку.
Я боялась поднять глаза на Алана. Боялась увидеть в них гнев от предательства. Или ещё хуже — отвращение.
Сквозь сгустившийся шум в ушах, я услышала голос Роуз. Она стояла, прикрыв рот рукой, её глаза расширились, наполняясь слезами.
— Элизабет… что это? — её голос дрожал, колебался между неверием и болью.
Роуз, моя близкая подруга, смотрела на меня так, словно видела впервые. В её глазах читалось: “Как ты могла? Ты и он? За моей спиной?”. Каждый её невысказанный вопрос был как удар кинжала.
Я только и смогла, что перевести взгляд на Алана. Его глаза были прикованы к экрану телефона. Я наблюдала, как его скулы напряглись, желваки заиграли. Я никогда не видела такого выражения гнева на его лице.
Всё происходило как в замедленной съёмке. Я повернула голову и встретилась взглядом с Роем. Он сидел неподвижно, с той же самодовольной ухмылкой, наблюдая за хаосом, который создал. Именно тогда в моей голове щёлкнуло: это он. Он всё спланировал. Отвращение поднялось волной, смешиваясь с паникой.