— Ты выглядишь немного потерянной, — произнес бархатистый голос у меня за спиной.
Я развернулась, выпуская когти и призывая перед собой щит из лунного света.
Аурен.
Одетый в белое с развевающимся золотым плащом, он стоял на вершине холма, освещенный светом, которого там не было. Тошнотворно самодовольная ухмылка расплылась по его лицу.
— Боже, боже. Мы немного нервничаем, не так ли?
Я выставила свой щит и послала его остаточную энергию вперед в виде потрескивающего шара света. Песок взметнулся в воздух, когда лунный свет ударил в золотого бога, отбросив его назад за вершину дюны.
— Ты гребаный ублюдок! — я устремилась вверх по гребню, черпая силу из лунных камней, пока мои внутренности не загорелись огнем. Боль не могла заглушить явную радость, которая пришла от того, что я сбила с ног эту вероломную задницу. После всех его предательств и игр пнуть его было чистым наслаждением.
Лунный свет струился вокруг меня и лизал землю, как языки пламени.
— Что ты здесь делаешь? Ты работаешь с Луной?
Это объясняет, почему он и пальцем не пошевелил, чтобы помочь Кейдену. Как долго они строили козни за его спиной? Черт возьми, а что, если он и Луна были любовниками и все это было каким-то безумным заговором?
Бесконечные возможности проносились в моей голове, но правда заключалась в том, что если бы он работал с Луной, у меня не было бы возможности сбежать. Мне пришлось бы заманить его в ловушку, как я однажды заманила Кейдена. Как Луна поймала меня в ловушку.
Аурен бросил на меня ледяной, но в целом невозмутимый взгляд, поднимаясь на ноги. Ветер завертелся вокруг него, сдувая прилипшие песчинки с его одежды.
— К твоему сведению, Кейден послал меня спасти тебя, хотя на данный момент я могу передумать.
— Спасти меня? Ты никогда не делал ничего, кроме как лгал, принуждал и играл со мной, — сказала я, скользя вниз по склону, все еще освещенная лунным светом.
Он виновато развел руками.
— Признаю, я не был лучшим из друзей.
— Ты оставил меня искать свой собственный выход из дворца королевы! Ты не собирался вытаскивать меня оттуда, пока у меня не будут твоих маленьких саженцев.
Мои пальцы сжались, когда моя волчица зашевелилась внутри меня.
— Моя мать умерла во время того побега.
— За это я сожалею, — сказал он с искренностью, которой я все еще не могла доверять. Его руки медленно опустились. — Я не могу вернуть ее, но я могу помочь тебе выбраться прямо сейчас.
— Я выберусь сама, — отрезала я, моя кровь все еще кипела, несмотря на холодный воздух пустыни. — Как и в прошлый раз.
— Уверена что выберешься? — спросил он, глядя на бескрайнее море песка вокруг нас. — По-моему, не похоже.
Я сердито посмотрела на него в ответ.
— Как ты узнал, что я здесь?
— От Кейдена, хотя он и не сказал, откуда узнал, что тебя схватили — или почему.
Часть меня отчаянно хотела поверить ему, но нельзя было отрицать, что он был вероломным, двуличным и склонным манипулировать правдой.
— Почему я должна верить всему, что ты говоришь?
— Потому что он дал мне это.
Золотая лента света заплясала между его руками, удлиняясь и становясь ярче. Затем она исчезла, обнажив меч и ножны. Месть волка. Золотой бог бросил его мне.
— Кейден сказал, что у тебя есть работа.
Выпустив лунный свет, я подхватила меч и ножны и, пошатываясь, побрела по неровному склону дюн.
Хотя меня бесило само существование того факта, что Кейден когда-либо доверил мой клинок своему ублюдочному брату, я понимала: иначе у Аурена он бы просто не оказался.
— Кейден также сказал, что при весьма вероятном сценарии, при котором ты все еще не доверяешь мне, я должен притащить тебя обратно, хоть и брыкающуюся и кричащую, но он загладит свою вину позже.
Я приняла боевую стойку с клинком в одной руке, призывая лунный свет вернуться в другую.
Аурен поднял руки в притворной капитуляции.
— Я просто выкладываю все варианты на стол, чтобы ты могла все взвесить. Я знаю, как сильно ты ценишь открытость.
— А тебе то что с этого? — спросила я. Аурен никогда ничего не делал по доброте своего крошечного сердечка.
Его губы растянулись в алчной усмешке.
— Не волнуйся, Кейден пообещал, что это того стоит — и поверь мне, я не отдам тебя, пока он не выполнит свою половину сделки.
Лунный свет, кружащийся в моей руке, стал ярче.
— Значит, я снова твоя пленница?