Я рассмеялась, несмотря на то что мое либидо снова взлетело вверх. Не помогло и то, что глаза Николаса расширились, а ноздри раздулись. Он, без сомнения, почуял мое возбуждение. Но он был джентльменом и поднял свой бокал, притворившись, что ничего не заметил.
— Я желаю вам только самого лучшего, мисс Мейерс. И за время вашего пребывания здесь вы научитесь сражаться, убивать и выживать.
У меня вырвался смешок, когда в глазах Николаса заплясали веселые огоньки. Когда я чокнулась с ним бокалами, в воздухе завибрировал резкий сдвиг энергии. Мурашки побежали по моим рукам, и когда я огляделась, то обнаружила, что Уайетт смотрит на нас с другого конца комнаты.
На меня накатил стыд, когда поняла, что мой командир, вероятно, тоже почуял мое возбуждение. Я поставила бокал на стол дрожащей рукой, но потом поняла, что не сделала ни глотка после тоста. Я быстро отпила и встала, чтобы уйти.
— Я тебя напугал? — многозначительно улыбаясь, спросил Николас. — Я надеялся провести с тобой больше времени этим вечером. — Он заговорил тише, давая понять, как именно хотел провести это время.
У меня снова заныло внизу живота от желания под его чувственным взглядом. Было неловко от того, как легко он вызывал у меня реакцию.
— Нет, конечно, нет. Сегодня был долгий первый день тренировок, и мне нужно вернуться в свою квартиру. Вы долго здесь пробудете?
Он покачал головой.
— К сожалению, нет. Я уезжаю утром, так как судебное разбирательство, на которое меня вызвали, закончилось сегодня, но рад, что смог познакомиться с тобой. Возможно, я увижу тебя снова, как только ты приступишь к работе послом. — Его взгляд в третий раз опустился на мою грудь, и он облизнул губы.
Меня накрыла очередная волна похоти, и грудь набухла под его пьянящим взглядом. Так неловко!
Он, наконец, поднял глаза.
— Ты поедешь в Женеву после того, как закончишь свое обучение здесь?
— Да. А ты завтра возвращаешься в Восточную Европу?
— Да. — Он встал, его движения были грациозными. Казалось, его нисколько не смущала эрекция, выступающая под брюками. — Уверена, что не хочешь, чтобы я проводил тебя до твоей квартиры? — тихо спросил он.
— Нет, — пискнула я, мои щеки пылали, пока пыталась восстановить самообладание. — Я справлюсь.
— О, я в этом не сомневаюсь. — Николас усмехнулся и протянул мне руку.
Я автоматически ответила на его рукопожатие.
Он обхватил пальцами мою ладонь, его кожа была прохладной и гладкой. Вампир поднес мою руку к своим губам и поцеловал мою ладонь. На мгновение он высунул язык и попробовал мою кожу на вкус.
Я вздрогнула от прикосновения его прохладных губ.
— Было приятно познакомиться, мисс Мейерс. До новой встречи. — Он отпустил меня с понимающим блеском в глазах, потом забрал наши подносы со стола и понес их на кухню.
Мгновение я не могла пошевелиться. Мое сердце бешено колотилось, дыхание стало прерывистым. После путешествия по миру и встречи с таким количеством сверхъестественных видов у меня уже должен был выработаться иммунитет от влияния старых вампиров, но это не так.
В этом аспекте я ничем не отличалась от человека.
От смущения мои щеки покраснели, особенно из-за того, как сидящие поблизости бросали в мою сторону понимающие взгляды.
Я поспешила к выходу из столовой, хотя мои мышцы протестовали против быстрых движений.
Но с каждым моим шагом я все отчетливее ощущала гнев, что исходил от Уайетта.
Дерьмо. Я сделала что-то не так? Может, не должна была разговаривать с консультантами? Сделала мысленную пометку просмотреть правила позже вечером.
На пути к выходу мне пришлось пройти мимо стола командиров. Уайетт опустил подбородок, когда я проходила мимо, так что не могла видеть его лица, но мой внутренний радар уловил исходящую от него энергию.
Я прибавила скорость и выбежала из столовой, мое сердце колотилось, как отбойный молоток.
Глава 8
Уайетт
После ухода Эйвери я бросил салфетку на стол. Ее запах все еще витал вокруг меня. Аромат сирени был с оттенком пьянящего мускуса. Она была более чем возбуждена, и я в ярости от того, что у нее такая сильная сексуальная реакция на вампира.
Никогда не думал, что это коснется меня. Из-за чрезмерной реакции мой босс Уэс мог начать задавать вопросы, поскольку отношения между командиром и курсантами категорически запрещены.
В конечном счете, она вольна трахаться, с кем хотела.
Но тяжело думать о ней с кем-то другим, особенно с Николасом Фитцпатриком…