К анализу ситуации вернулась утром, уже привычно проснувшись около семи и поставив чайник. Сегодня у неё была ночная, так что торопиться было некуда, но привычки есть привычки.
По здравому размышлению было решено, что ничего страшного не случилось. В то, что бывший коллега не станет никому рассказывать, если уж пообещал, она не сомневалась. Да, оставалась возможность того, что Герберт отследит её через него и, если бы на месте Артура был Крис, вероятность подобного была бы достаточно высока, но в их случае она стремилась к нулю: близко с врачом Мари никогда не общалась. Не будет же Киристе проверять всех сотрудников больницы и их контакты? Хотя, конечно, то, что мужчина её нашёл, означало, что она прокололась. И где именно тут уточнять не требовалось, но заниматься чем-то другим ей не хотелось. И даже не столько из-за потраченных на учебу сил и лет, сколько из-за того, что ей нравилась её работа. Точнее обе работы. И в отсутствии одной хотелось сохранить хотя бы вторую.
Первое время, когда она только устроилась в больницу, было непривычно, что никуда не нужно вечером перемещаться, не нужно меняться сменами, чтобы высвободить дни дежурств в резиденции, не нужно высчитывать дни так, чтобы действие блокиратора не пришлось прерывать слишком рано.
Эта новая жизнь вообще была во многом непривычной. Отсутствием готовых поддержать соклановцев, особенно Леонарда, да даже просто знакомых. Неожиданно холодной погодой. Совершенно иным, непривычным, незнакомым городом.
В тот, самый первый день, он встретил свою новую жительницу темнотой и снегом. Часы показывали половину девятого, но на севере светало позже. Розмари безумно устала от бесконечной дороги, заметания следов, бытовых неудобств. Всё-таки для пространственницы, с детства на расстояния больше пары часов на машине исключительно перемещавшейся, это было слишком непривычно и тяжело. Она банально не знала многих вещей, само собой разумеющихся для большинства немагов: какое место в поезде брать не стоит, сколько и чего брать в поездку, что наливать воду из кулера в поезде (или как эта штука называется?) в пластиковую бутылку нельзя, если тебе ещё нужна эта бутылка. За четыре дня постоянных разъездов, сменив за это время несколько автобусов, электричек, такси, перейдя через портал и больше суток проведя в поезде, девушка совершенно вымоталась, так что теперь хотела только поскорее куда-то заселиться и уснуть.
С долговременной арендой было сложно, для того чтобы выбирать, она слишком устала, потому остановилась на одной из сдаваемых посуточно квартир поближе и заплатила сразу за неделю. Стоило хозяйке выйти, залезла в душ. Хотела в ванну, но побоялась уснуть. Чтобы потом, перекусив пирожками, прилечь на диване и тут же отключиться даже несмотря на ощущение «чучухканья».
Первые сутки только спала и ела — причём заказанную через приложение еду.
На вторые нашла силы кое-как дойти до ближайшего магазина. Потом, правда, еле доползла обратно: с исчезновением острой необходимости мобилизоваться и что-то делать перестройка пошла активнее, так что начались проблемы с координацией. Прохожие косились.
На третьи из квартиры предпочла не выходить вовсе, хотя планировала начать изучать город. Вместо этого занялась поиском работы. Для постдипломников на сайте с вакансиями ничего не было и это было понятно: середина учебного года, группы давно набраны. Впрочем, она допускала, что подобные вакансии просто не выкладывают. Оставались места участковых врачей в поликлиниках и вакансии для среднего мед. персонала. И те, и другие как обычно имелись, но её они по понятным причинам не устраивали. Хотелось если не вернуться к полноценной учебе, то хотя бы найти что-нибудь интересное, но такого пока не попадалось.
Отложив телефон, снова забылась коротким сном. По пробуждению взглянула на ситуацию по-новому и изменила критерии поиска. Часть вакансий дублировалась, но среди уже виденного попалась вакансия младшего криминалиста в полицейском управлении. От мысли, что бы на этот счет сказал Герберт, девушку пробрало на смех. Понимая, что едва ли из неё выйдет криминалист, не давая себе передумать, отправила резюме на несколько вакансий для медсестер. Всё-таки для того, чтобы привередничать она была слишком ограничена в финансах: цены на севере оказались существенно выше привычных. Да, на крайний случай можно было снять деньги со вклада — при оформлении новых документов его тоже переоформили (причём через специальные счета Совета, так что отследить её по этой ниточке было невозможно), но это было материнское наследство и, когда-то Мари пообещала себе, что потратит его на что-то достойное. Ну или если не будет другого выхода.