Конечно, все эти увлечения и таланты ребят обнаружились ему не сразу.
Однажды, когда они находились в классе, он увидел, как Хасан, стоя напротив своей полки, перебирает какие-то карточки. Мансур спросил его, что это, на что тот ответил: «Да так, ерунда». Услышав это, стоящий рядом Алихан сказал: «Это его карточки, на которых он нарисовал оружие из Варфейса».
– Можно взглянуть? – спросил Мансур, протягивая руку.
– Да это я так… – смутился Хасан, и Мансура позабавило это смущение, впервые наблюдаемое им на его лице. Он принял у него из рук карточки, аккуратно вырезанные из белой альбомной бумаги. На них были изображены искусно нарисованные и разукрашенные различные виды огнестрельного оружия.
– А ты знаешь, как они называются? – спросил Мансур, внимательно разглядывая рисунки.
– Конечно, – гордо ответил Хасан, – могу хоть прямо сейчас их написать.
Он пошел обратно к своей полке, взял ручку и вернулся. Беря по одной карточке с пачки, он писал внизу название на ней изображенного вида оружия, возвращал карточку воспитателю, брал другую и начинал писать новое название. Мансур разглядывал рисунки, читая внизу: «Пистолет Five sever», «Автомат М16», «Пистолет Desert eagle», «Пистолет Sig savere», «Снайперская винтовка Орсис-Т5000», «Автомат Калашникова», «Пистолет Walther p99», «Пистолет Beretta М9», «Автомат Type 97», «Дробовик Dp-12», «Снайперская винтовка Chey tac», «Дробовик Six-12», «Снайперская винтовка AC-50», «Снайперская винтовка Mak Milan», «Снайперская винтовка Steyr scout», «Снайперская винтовка Baretta M82», «Снайперская винтовка AX-308».
– Здесь не все, – сказал Хасан, кладя перед Мансуром последнюю карточку. – Половину я отдал однокласснику.
– Хорошо рисуешь, – сдержанно и впервые похвалил его Мансур.
С того первого дня, как Мансур швырнул его на пол, Хасан держался с ним довольно холодно. Но теперь, польщенный комплиментом от него, и видя, что воспитателю определенно понравилось его творчество, он, уже более раскованно, чем прежде, сказал: «Ну, так-то у меня там еще есть», и притащил целую кипу листов с самыми различными рисунками. Кто-то из присутствующих сказал, что и Сайхан рисует не хуже, и тот, по просьбе Мансура, тоже принес свое творение. Рисунки у обоих были самые разные: от замысловатых каллиграфических надписей, до спортивных машин, военных самолетов, горных пейзажей и людей. Мансур был приятно поражен их талантом, ведь они были самоучками, которые ни разу не посетили художественную школу, и к тому же он ранее считал их неотесанными бездарями.
Вскоре после этого, когда они сидели в классе и смотрели телевизор, между ребятами возник спор насчет фильма. Одна половина хотела смотреть боевик, другая – фантастику. Спор перешел в ссору, и начались перекрестные обвинения. Мансур отобрал у них пульт от телевизора и, сказав: «Не будет ни вам, ни вам», переключил на канал про животных. Шла передача о каком-то странном подводном существе, напоминавшем некий кустик. «Таитийская рыба—клоун, – сказал Шамхан. «Что?» – спросил Мансур. «Удильщик», – молвил Алихан. «Видишь эту штуку у нее над головой – произнес Амирхан, – это типа ее удочка, в конце которой приманка, в виде червячка. Так вот, она дергает этой приманкой, заманивает рыбу, и когда жертва приближается, хватает ее и проглатывает … Вот, смотри, сейчас…».
В этот самый момент удильщик начал трясти выростом в конце «удочки», после чего к ней приблизилась небольшая рыбка, которую он тут же и проглотил. «Мы это уже видели», – послышался голос Аслана. «Ну ладно», – сказал Мансур, и переключил на другой канал, где говорилось о медоеде. Ребята стали наперед рассказывать то, что будет делать этот забавный зверек. Тогда Мансур начал переключать на другие каналы, на которых говорилось о разных планетах, странах, видах вооружений и военной техники и многое другое, – и все это оказывалось ими уже неоднократно видено и знакомо. «Да тут все равно делать нечего, – сказал Аслан, – вот мы и пересматривали все эти передачи… И те фильмы, о которых тут спорили (сам он в споре не участвовал), мы тоже видели много раз».
– А почему вы тогда спорите, если уже видели эти фильмы? – спросил Мансур.
– Потому что одним больше хочется пересмотреть одно, а другим – другое, – ответил Амирхан.