Шума его шагов в грохоте и выкриках обычный человек просто не расслышал бы - но трое из стоявших у окон обернулись. Один крикнул:
- Наследник Рут! Вы привели подмогу? Но как вы вошли, откуда?
- Где сейчас дерутся? - Рявкнул он вместо ответа.
Снова ударило, гораздо сильней, чем прежде. Здание покачнулось, Рут низко присел, пытаясь удержаться на полу, что танцевал под ногами.
- У входа! - Заговоривший с ним эрни тоже присел, одновременно махнув рукой влево. Значит, вход в той стороне. - Там много окон, они прорвались сразу. Какие приказания, наследник?
- Оставайтесь здесь! - Распорядился он, бросив взгляд на окна.
Люди за стеклами уже не мелькали. По логике, маги должны прорубать заслоны в окнах по очереди. Как скоро они доберутся до этой комнаты? Он кинулся к двери.
Выход нашелся в самом конце длинного коридора, идущего через все здание управы. Рут выбрал двери, за которыми звучал не грохот, а звон стали. И не ошибся. Середину небольшого зальчика, наполненного пылью, криками и топотом, защищала цепь эрни. По бокам их прикрывали остатки заслонов. Илазирцы в черно-лиловых камзолах теснили строй эрни по центру.
Рут оглянулся, прикидывая, с чего начать. Бой был в самом разгаре. У стены возле дверей полулежали несколько эрни, над крайним склонился ктото с кристаллом в руке - человек, потому что эрни не носят таких цветистых зелено-розовых камзолов. Кошмарное многоцветье проступало даже сквозь пыль, запорошившую складки.
Бывшие окна и вход в управу превратились в единую брешь напротив двери. Остатки простенков поднимались неровными выступами, как ряд полусгнивших зубов.
За спиной грохотало - значит, маги крушат заслоны по ту сторону прохода, избегая открытой схватки, что разгорелась здесь. Алый замок так и не отозвал своих посланцев. Или он спешит? Времени прошло совсем немного, а верховные ещё должны прийти к единому решению и отдать приказ…
Рут отогнал ненужные мысли, глянул на илазирцев. Если убивать по одному, то большая часть успеет убежать. И снова что-нибудь устроит. Этого допустить нельзя. Он мазнул взглядом по потолку зала. Одна стена уже разрушена, перекрытие держится на трех. Если снести ещё две стены, крыша
обрушится и похоронит большую часть наступающих. Если крушить все стены, отступая…
Он скользнул вперед, ухватил за плечо эрни, дравшегося в самой гуще схватки. По бокам его прикрывали сразу два волка в черных камзолах - глава здешней управы? Мужчина нетерпеливо оглянулся, оскалился. Рут крикнул:
- Вынести раненых в тот конец управы, где не атакуют! И отступать самим! Троим - прикрывать двери!
Немолодой мужчина, засыпанный пылью и обрызганный кровью, кивнул, показывая, что узнал сына своего герцога. Рявкнул несколько команд, и когда цепь эрни качнулась назад, попятился сам вместе с волками.
Нужно очистить этот конец здания, подумал Рут. Он кинулся к дверям, но тут чей-то голос, коверкая звуки на илазирский манер, завопил с другой стороны бреши:
- Замок короля разрушен! Сам король мертв, вместе со всей семьей!
Молодой Люг собирает войска в Рируде!
Помощь, отстраненно подумал Рут, иногда приходит оттуда, откуда не ждешь. Относительно молодой - всего в два раза старше его самого - герцог
Муркьеш Люг сумел оказаться в другом месте, когда рушился королевский замок. И уже собирает войска - а ведь прошло не больше половины сила.
Чем займется герцог? Включится в борьбу за опустевший престол? У короля Миоша осталось два брата, но они живут далеко от столицы илазирский владыка всегда опасался возможности заговора. Если герцог поспешит и перекроет Врата в столице и округе, у него будет выгодная позиция. Может, герцог Люг уже играет на стороне одного из братьев? Или он создает ситуацию, при которой ему начнут поступать предложения от королевских родственников - а потом выберет лучшее из них?
Черно-лиловая толпа, успевшая заполнить почти весь зал, отхлынула назад. Грохот прекратился чуть позже.
- Они уходят! - С удивлением крикнул немолодой эрни, оборачиваясь.
Рут кивнул.
- Да. Позаботьтесь о раненых, глава управы.
Он выскочил из бреши, едва не наступив на пятки последнему илазирцу.
Черно-лиловые фигуры беспорядочно отступали к Вратной башне, стоявшей по ту сторону площади. С другой стороны покореженной управы выскочили три человека в бордовых плащах - Рут узнал форму боевых магов Алого замка.
Бордовые плащи понеслись к башне, обгоняя илазирцев. Кажется, и до этих дошли последние известия…
Он развернулся, пробежал мимо изумленно глядевших сородичей. И понесся по коридору, расталкивая выходивших из дверей женщин и эрни лица у всех были радостные, ещё до конца не поверившие в спасение.
Ему требовалась свободная комната. Здесь слишком много людей, а порождать слухи о наследнике герцога, исчезающем на ровном месте, пока что не хотелось…
Комната нашлась в самом дальнем конце здания. Рут влетел внутрь, захлопнул дверь и крикнул:
- Шарис, таверна у Вратной башни!
Но туда он опоздал - в Шарисе все закончилось до его появления.
Илазирцы и маги ушли.
Глава седьмая. Возвращение Татьяны
Прежде чем вернуться на Анадею, Татьяна провела дома ещё четыре дня.
И все они прошли как в тумане.
Ей запомнилась могила матери, коричневый холмик над местом, где похоронили деда, плачущее осеннее небо, непрерывно поливавшее мелким дождиком глинистую землю кладбища. Где-то на краю восприятия сновала
Арлена, неизвестно где раздобывшая земную одежку и выглядевшая в ней, как учительница на пенсии - строгий плащик, юбка в пол и темный шарф, безжалостно придавивший светлые кудряшки.
Арлена сделал все, о чем сама она не хотела даже думать. Никогда прежде
Татьяна не сталкивалась со смертью так близко - и даже не подозревала, как
много в ней материального. Деньги за гроб, плата похоронному агентству, за могилку, за ограду, за цветы, за венки, за поминки. Плата агентству по уборке, чтобы вымыли квартиру после всего - саму её одна мысль о том, что нужно смыть кровь деда, пугала. Новый диван, чтобы людям, пришедшим помянуть деда, было куда сесть. Новый ковер, чтобы прикрыть ободранный пол - кровь просочилась в шов линолеума, оставив длинную темную полоску возле дивана…
Арлена, неизвестно откуда доставшая деньги, раздавала их пачками. И спала в одной комнате с Таней - нет, не на кровати матери, этого она не позволила бы. Гордая аристократка каждый вечер молча расстилала под окном комковатое ватное одеяло, которое Татьяна выдала ей вместо матраса.
Кидала сверху подушку и укладывалась на пол.
На полу пышнотелая Арлена долго ворочалась, но ни разу не пожаловалась. По правде говоря, Татьяна даже вздоха печального от неё не слышала.
Но на четвертый день все было кончено - а сидеть в пустой квартире сил не было. И уже с утра, домыв посуду, оставшуюся после вчерашних поминок, Таня отобрала вещи, что хотела взять с собой на Анадею фотографии, несколько безделушек, подаренных дедом и матерью, кое-какую одежду, чтобы хоть иногда одеваться в привычное, стопку книг.
И документы, на всякий случай.
Едва она закончила укладывать вещи в старый рюкзак, с которым дед раньше ходил на рыбалку, в комнату вошла Арлена. В плаще.
- Доброе утро, княжна Татьяна. - Она слегка присела. - Я была в домоуправлении. У вас накопились счета, а дева из Тарланей не может покинуть свой мир, оставив в нем неоплаченные долги.
Мгновение Таня смотрела на неё, думая над сказанным. Счета, да.
Если она будет отсутствовать долго, долги за квартиру накопятся. И рано или поздно дверь вскроют. Их вещи выкинут, а дом продадут за долги.
Она вскинулась, шагнула к пышной блондинке. Сказала немного сдавленным голосом:
- Благородная Арлена… - Словечко "благородная" словно сооружало между ними стену, и Таня была ему за это благодарна. - Не могли бы вы… дать мне денег. Хочу заплатить вперед, за год. Вдруг я вернусь не скоро.