Его рука снова взъерошила ей волосы, поползла по спине. Бугорки мозолей царапали кожу. От этого шея у Тани покрылась гусиной кожей. Она задохнулась, прогибаясь…
А в следующее мгновение ощутила себя самой несчастной невестой на свете, потому что желудок вдруг громко забурчал, нарушая все очарование момента.
- Я нарушил клятву. - Прошептал Рут на ухо Тане. - Я обещался предоставить тебе еду, одежду и кров… но даже не вспомнил, что брачного пира у нас не было. Теперь я не только запуган, но и пристыжен.
Он перекатился к краю кровати, встал, нахально голый - или восхитительно обнаженный, это уж как посмотреть. Таня выбрала второй вариант. Исчез за дверью возле посеребренных ларцов, вернулся с подносом в руках.
- Эрни посчитали, что ночью мне может понадобиться еда. Но чтобы не смущать тебя, поставили все в гардеробной. Вот… тут мясо и угощение из трактира, который славится своими десертами на весь Тарус.
Таня молчала, осознавая. Значит, тут есть гардеробная. Выходит, это уже покои, а не комната.
Рут брякнул поднос на смятые простыни, пододвинул его к Тане, сам улегся следом. Сказал с наигранной серьезностью:
- Я начинаю выполнять свои клятвы… и предлагаю оставить все серьезные разговоры на завтра. Поутру, как говорит моя мать, даже черная печаль светлеет…
Глава двенадцатая. День белой кобылы
Разбудил Таню стук в дверь. Полотняная простыня с наброшенным сверху меховым покрывалом за ночь успела сбиться вниз, к поясу - так что первым делом она натянула их повыше. И только потом заметила, что Рута в комнате уже нет. Тусклый утренний свет, падавший в голубые и оранжевые окошки, раскрашивал комнату в серо-голубое и охряно-желтое.
А в дверь кто-то колотился. Негромко, но настойчиво.
Ещё мгновение Таня лежала, сбрасывая с себя последние остатки дремы и осознавая все факты - кто-то желает её видеть, она в комнате одна, на ней ничего нет, платье салатного шелка, снятое вчера при помощи Рута, лежит измятой грудой на скамье… и кажется, его уже не надеть, потому что шнурки на корсете вчера порвались. А на утро у неё вроде как назначена церемония с кобылой.
- Княжна Татьяна! - Воззвал кто-то из-за двери.
Ей полегчало. Она узнала Мелту, служанку из Фенрихта.
- Не так! - Тут же заявил за дверью суровый женский голос - Арлены, без сомнения. - Отныне вы должны именовать нашу княжну наследницей
Татьяной! Или вашей милостью.
- Входите! - Отозвалась Таня.
И, укутавшись в простыню, соскочила с кровати.
Дверь тут же распахнулась. Влетела Мелта, следом чинно вошла Арлена, за которой по воздуху плыли аж пять сундуков.
- Я доставила ваше приданое, наследница Татьяна. - Пышная блондинка присела, раскинув черные юбки с лимонными рюшами. - Правда, кое-что ещё не готово. Однако все неготовое доставят вам позднее. Какая дверь ведет в гардеробную?
Таня выпростала из-под простыни руку, ткнула.
- Прекрасно. - Величественно заявила Арлена. - Не хотите встать, ваша милость? Когда мы с Мелтой шли сюда, краем глаза я заметила кобылу с белой гривой. Её уже готовят во дворе Ваграна для вашего выезда. Лично мне она показалась на редкость спокойной. Помню, три года назад лошадь, на которой выехала в Тарус молодая супруга властителя Кергера, вдруг взбесилась. Благородная дама тогда, увы, сломала шею. Поговаривают, что властитель Кергер желал получить приданное супруги, но не её саму. С радость хочу заметить, что для вас выбрали несомненно здоровое животное.
Мелта, я устрою сундуки, а ты подготовь наследницу Татьяну…
Через полчаса, причесанная, снова обвешенная вчерашними жемчугами и затянутая в платье из синего шелка - того самого, на который она заглядывалась четыре дня назад - Таня спустилась во двор. Сердобольная
Мелта накинула на неё вчерашний плащ на меху. Арлена задумчиво сказала:
- Говорят, в прежние времена новобрачная должна была выезжать в открытом платье без рукавов, чтобы доказать всем отсутствие синяков на руках и плечах. Как все-таки быстро меняются нравы - всего каких-то триста лет, и от древнего обычая осталась лишь простая прогулка верхом.
- Ужас. - В тон ей сказала Таня.
Мелта сзади робко хихикнула.
Поджидавшая её кобыла оказалась белой вся, от ушей до копыт.
Молочного оттенка шкура, снежно-белые хвост и грива, стелющиеся по ветру. Легкий сероватый отлив вокруг тонко вырезанных ноздрей.
Взбеситься, судя по виду, лошадка не могла - уж больно меланхолично она глядела на окружающий мир. Единственной её реакцией на подошедшую
Таню стал вялый взмах хвостом.
У лошади стояли аж четверо эрни - присматривая то ли друг за другом, то ли за бедной кобылкой. Едва Таня приблизилась, один из эрни сунул ей в ладонь поводья. Вся четверка тут же слаженно отступила назад, почти что печатая шаг.
- Сейчас к вам подойдет наследник Рут! - Крикнул один из них.
- Какое странное и, не побоюсь этого слова, необъяснимое поведение. -
Пространно высказалась за Таниной спиной Арлена. - Впрочем, подозреваю,
что они просто столпились у кобылы, чтобы поглазеть на жену наследника в утреннем наряде. Позвольте, ваша милость…
Арлена аккуратно обошла Таню, коснулась лошадиной морды.
- Да, совершенно здоровое животное. Так я и передам князю. О, ваш супруг уже идет.
Арлена выучено присела, встречая приближавшегося Рута. Таня глубоко вздохнула.
Он сегодня был одет в черное. И на плечах снова блестела серебряная цепь. Подошел, забрал у Тани поводья, закинул их на шею лошади. Сказал, подхватывая поводья под уздцы:
- Моего Люра уже выводят. Я решил проехаться по городу с тобой. Сам.
Благородная Арлена, вы позволите мне остаться наедине с супругой?
Та снова уселась в реверансе, потом отступила.
- Мы обсудили с отцом сложившуюся ситуацию. - Вполголоса сказал Рут, поворачиваясь к Тане.
И когда успели, изумилась она. Впрочем, утро уже давно наступило, просто оказалось до ужаса хмурым, с небом, обложенным гнойно-желтыми тучами…
- Вполне возможно, что Трира попытается вынудить меня уничтожить эрни, заставив их совершать безумные поступки. - Тихим шепотом сказал
Рут. - И поскольку эти безумства будут иметь одну цель - озлобить меня, ты и моя мать подвергаетесь наибольшему риску. Отныне эрни не должны оставаться рядом с вами надолго. И вы сами не должны оставаться с ними наедине… кроме того, их всегда будет не меньше четырех, если я или мой отец отправим к вам эрни с поручениями. Пока что богиня показала, что может одновременно управлять двумя - отсюда и число четыре. Чтобы всегда оставались двое, готовые перерезать горло первой паре. Будем надеяться, что двое - это её предел. Мы уже подумывали, не отослать ли вас в Фенрихт, под защиту Тарланей, но потом решили, что обезумевшие маги ничуть не лучше обезумевших эрни. А если я буду раздавлен горем, мной будет легче управлять.
Что-то такое Таня уже заподозрила, увидев четверку глядевших друг на друга молодцов возле кобылы. Она молча кивнула головой. Замерла, глядя в глаза Руту. Тот криво ухмыльнулся.
- Мы весело начинаем нашу жизнь, не так ли? С предупреждения, что тебя могут убить. Один я защищен своим предназначением.
- А незаменимых нет. - Шепотом напомнила ему Таня, все так же глядя в глаза. - Так что вы поосторожнее, ваша милость.
Рядом радостно заржал крупный серый жеребец. Ударил копытом по плитам двора, высекая из них искры. Рут поймал на лету брошенные ему поводья. Эрни, что привел ему лошадь, тут же поспешно зашагал прочь.
Если Трире так и не удастся заставить Рута убить своих, подумала Таня, глядя на это, она натравит одних эрни на других. Ещё немного, и обитатели
Ваграна начнут бояться уже друг друга. А от страха безумие приходит иногда само, не дожидаясь богинь и демонов…
- Вниз. - Негромко сказал Рут. И дернул за поводья белой кобылы.
Та вдруг опустилась на передние колени. Таня с помощью Рута залезла на дамское седло - боком, уложив ноги на специальные загогулины. Лошадка поднялась, задумчиво мотнула головой и зашагала вперед.