Свирепый вой донесся до моего слуха со стороны ворот, и я замерла, резко обернувшись, чтобы посмотреть вниз по склону в том направлении. Это был не Сет.
У меня кровь застыла в жилах, когда я заметила фигуры, мчащиеся по тропинке к нам, звук лая стаи гончих, жаждущих нашей крови, заставил страх охватить меня.
— Гончие Жнеца только что сломали ворота! — крикнула я достаточно громко, чтобы все меня услышали, указывая в их сторону.
Они были слишком далеко от нас, чтобы я могла беспокоиться о том, как бы не глянуть им в глаза. Но их огромные черные тела выделялись на кладбище как темные тени, их чудовищно большие размеры невозможно было не заметить, так как они больше походили на лошадей, чем на собак.
— Нам нужно бежать к гробнице! — приказал Дариус тоном, не допускающим возражений. — Мы можем подождать там, если понадобится, и я унесу нас отсюда, как только Орион и Дарси вернутся с Имперской Звездой.
Остальные все еще сражались с нежитью, которая продолжала выползать из под земли, и я призвала свои крылья вырваться из моего тела и взмыла в небо.
— Что ты делаешь? — потребовал Дариус, потянувшись ко мне, когда я пронеслась над ним, и я указала на стаю гончих, несущихся сюда.
— Я собираюсь сделать так, чтобы им было как можно труднее преследовать нас, — сказала я, не обращая внимания на то, как он качает головой в знак отказа, когда я унеслась от него через головы наших друзей и дальше по тропинке с огнем, пылающим в моих руках.
В тот момент, как я миновала Макса с Джеральдиной, вытянула руки по обе стороны от себя и создала пылающую стену огня Феникса поперек тропы, замедляя собак.
Как только она возникла, я опустилась на землю, создала в руках меч, состоящего только из огня Феникса, и, отказавшись от крыльев, с размаху ударила им по голове ближайшего трупа и рявкнула остальным, чтобы они начали бежать.
Сет промчался по тропинке впереди нас в своем обличье белого Волка, а Калеб пронёсся между надгробий, пронзая трупы своими двойными кинжалами и повалив их на землю еще до того, как они поняли, что он на них напал.
Джеральдина и Макс побежали со мной, и мы пробились сквозь толпу нежити, размахивая оружием и пуская в воздух энергию, от которой он потрескивал вокруг нас.
Я потеряла Дариуса из виду, ища его сквозь толпу трупов, пока мы пробивались вверх по холму, мое сердце бешено колотилось, когда я смотрела влево и вправо, страх брал меня в тиски.
Лай гончих Жнеца, достигших огненной стены позади меня, заставил мой пульс участиться, когда они с яростью завыли в небо, и я оглянулась через плечо, мое нутро сжалось, когда один из них прыгнул прямо сквозь пламя и приземлился на тропинку у подножия холма.
— О, черт, — задохнулась я, набирая скорость и опуская меч, который создала, чтобы вместо него использовать воздух.
Я возвела щит вокруг себя, Макса и Джеральдины, затем выпустила его из тела со всей силы, так что трупы, окружавшие нас, отбросило назад, и мы получили возможность свободно бежать по тропинке.
— Имейте мужество, миледи! — воскликнула Джеральдина. — Мы верны чести, и за нашими спинами звезды. Мы не можем потерпеть неудачу.
— Звезды никогда не прикрывали мою спину, Джеральдина, — проворчала я, продолжая бежать. — Эти блестящие ублюдки только посылают несчастья мне.
Джеральдина не успела ответить, так как мы поднялись на холм и снова оказались в окружении нежити.
— Приготовьтесь! — взревел Дариус, и облегчение наполнило меня, когда я увидела его, стоящего на вершине каменного Дракона, который охраняет вход в гробницу.
Он поднял перед собой руки, и я направила больше силы в воздушный щит, защищающий нас троих, как раз перед тем, как он послал приливную волну воды, пробивающуюся сквозь толпу нежити.
Трупы кричали, требуя нашей крови, когда их уносило прочь, и я торжествующе закричала, когда волна разбилась о мой щит, оставив нас троих на месте на тропе.
Я случайно оглянулась вниз по склону, когда Гончие Жнецы набросились на трупы, яростно разрывая их, вырывая кости и пожирая их с рычанием и воем, дерясь за свою еду.
Дариус спрыгнул на дорожку перед нами, и мой взгляд упал на его обнаженные руки, на которых блестели капельки пота, отчего мое сердце заколотилось, и меня охватила мысль о том, как я буду раздавлена его крепкой хваткой. Во мне все еще оставался страх того, что Лайонел сделал со мной, но я начинала желать острых ощущений, всегда жаждущих адреналина, который получала, находясь рядом с таким опасным существом.