Я слабо улыбнулся, бесконечно благодарный отцу за то, что он вот так стоит рядом со мной.
— Спасибо, пап.
— Не за что меня благодарить. Теперь нам нужно сосредоточиться на ликвидации последствий. Мы будем преуменьшать историю с Минотавром, насколько это возможно. А что насчет других Наследников, как они это воспримут?
— Они уже знают, пап, — признался я. — Им плевать. Мы преданы друг другу. — Я избавился от страха потерять свое место среди братьев в тот момент, когда они узнали правду о том, что я бастард. Их не волнует моя родословная — их заботит я. Мы — семья, нерушимая, единая навсегда. И осознание этого сняло часть страха, который я испытывал, проходя через это дерьмо.
— Ну, тогда все будет намного проще, — твердо сказал папа. — Предположим, что они скажут об этом публично?
Я открыл было рот, чтобы сказать, что да, но потом задумался.
— Я почти уверен, что они скажут, но, думаю, все зависит от того, как к этому отнесутся их родители… Я думаю, что Кэл и Сет не станут проблемой, но если Лайонел скажет Дариусу, что не хочет, чтобы тот высказывался в пользу кого-то с кровью Минотавра…
— Сегодня я буду звонить Мелинде и Антонии. Если мы будем едины, то, надеюсь, наш король проявит благоразумие и поддержит и тебя. — Я не поверил в это, но и не пропустил, как отец произнес слово «король».
— Ты знаешь, кто слил это? — спросил я, понимая, что сейчас нет смысла продолжать эту тему.
Наступила пауза, затем папа вздохнул.
— Точно нет, но… Твоя мать была…
— Не моя мать, — прорычал я, радуясь хотя бы тому, что мне больше не придется притворяться из-за этого дерьма, даже если все остальное пошло прахом.
— Нет, пожалуй, нет. Что ж, больше всего она расстроилась из-за тех видео, которые вчера распространили о вас с Эллис, — сказал он тяжело. — Конечно, я сказал ей, что это обычные разборки между Фейри и Фейри, и что Эллис должна найти способ справиться с этим, не приходя к нам со слезами, но Линду это не удовлетворило. Она хотела, чтобы я заставил тебя принести официальные извинения, и сказала, что я должен заставить тебя ежедневно давать Эллис частные уроки, чтобы ее магия совершенствовалась ускоренными темпами. Когда я сказал ей, что тебе нужно сосредоточиться на собственном обучении, и указал, что Эллис все равно не Наследница, не говоря уже о том, что она была одарена только одним Элементом, так что она действительно никогда не станет…
— Эта сучка решила выступить публично, — подытожил я. — Ты думаешь, она попытается подтолкнуть Эллис к тому, чтобы однажды бросить мне вызов за мое место?
Папа хмыкнул, выражая согласие.
— Ну, у нее очень высокие амбиции, и, конечно, я очень люблю Эллис, но девочка просто не из того же теста, что и ты, сынок. Ты мой старший и самый сильный. У меня нет никаких сомнений в том, кто является Наследником. Нам просто нужно убедиться, что остальная часть королевства согласна с нами в этом.
— Хорошо, — согласился я, стараясь не чувствовать себя слишком безнадежным. — Я посмотрю, смогу ли заставить Наследников выступить с заявлениями в мою поддержку, и позволю тебе заняться контролем над нанесенным ущербом.
Я хотел прервать звонок, но папа остановил меня.
— Я люблю тебя, Макс, — прорычал он. — Мы все исправим.
Линия оборвалась, и я слегка улыбнулся, даже когда паника охватила меня от осознания того, что этот секрет раскрыт. Одно я знаю точно — я не буду помогать Эллис учиться. Если она всерьез думает, что ее задница с одним Элементалем сможет справиться со мной, тогда она может действовать, как Фейри.
Пока что мне придется работать над устранением последствий и надеяться, что все не полетит к чертям.
Дариус
Я сделал небольшой круг вокруг территории академии, моросящий дождь прилипал к моим чешуйкам, а дыхание поднималось туманом, хотя я не дышал огнем. Это был один из тех удручающе сырых и холодных зимних дней, которые лучше проводить в помещении, но у меня были проблемы со сном, поэтому я вышел на улицу.
Я смотрел на море, на горизонт, где всходило солнце, и мне захотелось покинуть защитные стены, окружавшие академию, и полетать несколько часов, по-настоящему расправив крылья. Но для этого мне пришлось бы приземлиться и выйти через ворота, прежде чем отправиться в путь, и тогда отцу сообщили бы, что я покинул территорию. Да и улизнуть я не могу, так как сложно скрыть полёт огромного золотого Дракона в небе. Я почти был уверен, что являюсь единственным золотым зверем нашего рода из ныне живущих, и люди сразу заговорят, решив, что заметили Наследника.