Гигантский автомобиль, издав громогласный утробный гудок, проехал мимо нас, подняв при этом клубы пыли. За собой он тянул прицеп, груженый стволами настоящих лесных великанов. Таких огромных деревьев мне видеть еще не приходилось.
— У нас так гудят океанские лайнеры, когда покидают порт, — сообщил Геркулес, глядя вслед удаляющемуся лесовозу.
— Тоже, наверное удивляются? — обратился к нему Курт.
— Чему? — не понял тот.
— Размеру твоего щупальца, когда ты, стоя на пирсе, пополняешь воды мирового океана.
Геркулес нахмурил брови, пытаясь осмыслить ответ, затем, оглянувшись на откровенно ухохатывающихся товарищей, проговорил:
— Чего вы ржете, придурки, врет он все.
— Взвод, в машину! — крикнул Сол, получив распоряжение от направившегося к кабине Ратта.
— С ужином мы сегодня, похоже, пролетели, — пробурчал Логрэй, забираясь в кузов.
Алекс оказался неправ. Через пару часов мы уже ужинали в каком-то каменном строении, напоминающем рядами столов солдатскую столовую. Здесь мы увидели первую женщину. Одета она была в синий мешковатый балахон, полностью скрывающий фигуру. Несмотря на то, что к фиолетовому оттенку кожи я уже привык, ее обнаженные до плеч руки своим мертвенным цветом и темными прожилками вен вызвали во мне некое содрогание, мало способствующее аппетиту. Аборигенка как раз выставляла с тележки на столы миски со снедью и — надо же, какой прогресс! — раскладывала рядом с ними двузубые пластиковые вилки.
— А у баб-то прорези для хвоста нет, — шепотом, будто женщина могла понять, сообщил о своем наблюдении Курт.
— Может, им его купируют по самый копчик, — так же тихо выдвинул предположение Логрэй.
В отличие от лесного лагеря, здесь нас потчевали двумя блюдами. В первом было нечто вроде вермишели с тем же маисовым вкусом, во втором, политые пряным соусом куски мяса, похожего одновременно и на птицу, и на рыбу. В пластиковые кружки аборигенка разлила напиток, напоминающий по вкусу простую воду, слегка подкисленную "лимонкой". В целом ужин получился вполне приличным, даже несмотря на преследовавшее меня ощущение, что нас обслуживает восставший мертвец.
— Как думаете, парни, мы уже прибыли на место? — отодвинув пустые миски, задаю беспокоивший меня вопрос.
— Наверное, просто на ночевку остановились, — предположил Феликс. — В видеоэкскурсе показывали совершенно другие места. Завтра поутру дальше покатим.
Дальше мы не покатили, а полетели, и не поутру, а сразу после ужина. Загрузили нас в серый четырехмоторный самолет из тех же исторических хроник, что и доставивший сюда грузовик, и после получасовой болтанки мы приземлились на маленьком аэродроме, на краю которого уже поджидал настоящий автобус, салон которого был оборудован вполне приемлемыми лавками, обшитыми мягкой, возможно даже натуральной, фиолетовой кожей.
Утро встретили в морском порту. Впервые в жизни наяву увидел море, и, надо сказать, особо не впечатлился. Здесь не было золотого пляжа, омываемого лениво набегающими пенными волнами, искрящимися на ярком солнце и шепчущими что-то гипнотически-умиротворяющее. Не было склонивших в разные стороны зеленые шапки листьев пальм. Не было ничего из того, что рекламировали компании, продающие туристические путевки на курортные планеты.
Распростершаяся перед моим взором серая мрачная гладь, сливающаяся на горизонте с низким, покрытым густыми, темно-фиолетовыми облаками небом, посылала к берегу нескончаемую череду холодных, увенчанных грязными пенными шапками, волн, которые, исходя фонтанами злобных брызг, с глухим ворчанием разбивались о каменную пристань.
Всего лишь одно небольшое суденышко терлось бортом о причал, покачиваясь на волнах. В общем, абсолютно никаких ассоциаций с красивыми девушками в бикини.
Вероятно, из-за раннего утра в порту было безлюдно. Лейтенант Хилл сел в небольшой автомобиль рядом с оператором и куда-то уехал. Взвод, сопровождаемый мастер-сержантом и парой аборигенов проследовал в одно из строений, судя по всему, являющееся вещевым складом. Здесь нам выдали новое обмундирование и, к общей радости, более привычную обувь. Вполне приличные черные комбинезоны отличались от привычной одежды лишь тем, что как и предыдущая форма застегивались на петельки с крючками. Зато на ногах у нас теперь были то ли кожаные чулки, то ли полусапожки. Подошва на них отсутствовала, потому ходить было легко, но существовала вероятность поранить ногу обо что-нибудь острое. У меня даже появилась мысль, не прихватить ли с собой сандалии в дополнение к новой обуви. Однако на мой вопрос Ратт пояснил, что паччи — так называлась эта обувь — изготовлены из выделанной особым способом кожи сертчхана, которую не у всякого хватит силы проткнуть ударом ножа. Пока я размышлял, стоит ли спрашивать, кто такой серпчхан? — Мастер-сержант отвлекся на проблему Логрэя, который никак не мог подобрать комбинезон на свой рост.