— Говоря о нашей прессе, мне кажется, нам нужно вернуться к вопросу о справедливых требованиях наших газетчиков, которые не желают больше находиться во власти лживых историй, а вместе с этим хотят освободиться от навязанных им методов работы средств массовой информации на Земле.
Из-за конференционного стола послышались угрозы. Присутствующие не могли сдержать своего гнева при любом упоминании о ненавистной Земле. — Поэтому, согласно просьбам работников прессы, я предлагаю утвердить пост Цензора. Человек, который будет избран на этот пост из состава правительства Дворцового города, получит право запрещать к печати все тексты, имеющие отношение к психологии или к психиатрии, и также будет защищать издателей от давления со стороны.
— Я также полагаю, что эта работа может вполне сочетаться с работой Королевского Историка. — За столом согласно закивали. — Не могли бы эы напомнить мне — в связи с тем, что в составе правитепьства произошли крупные изменения — кто сейчас занимает эту должность?
Хеллеру был не хуже других известен ответ, и он задал этот вопрос не без умысла. Посмотрев в угол, где стояли представители прессы, он увидел, что они одобрительно перешептывались и кивали головами.
Со своего места поднялся клерк.
— Корона, ваша светлость, сэр. Этот пост до недавнего времени занимал человек, который, к сожалению, отказался выполнить некоторые требования Ломбара Хисста. Теперь этот человек мертв, и пост Королевского Историка пока свободен.
— Ох! — простонал Хеллер. — Бедняга! Что ж, тогда у нас не остается выбора.
Все в недоумении уставились на Хеллера.
— Я знаю одного человека с высоким чувством гражданского долга. Он знает все о средствах массовой информации. И он уже доказал свое неравнодушие к этому вопросу хотя бы тем, что привлек к этому вопросу внимание Конференции. На пост Королевского Историка и Цензора, а также председателя Совета Цензоров, я предлагаю назначить Нобля Артрита Чванни!
Нобль Чванни, не ожидав такого поворота событий, стоя в группе своих коллег, попытался выразить слабый протест.
— Но… но… моя издательская империя!
— Ну, что ж, — сказал Хеллер, — нам всем приходится чем-то жертвовать во имя общего блага. Я уверен, что вас не затруднит найти человека, который бы взял на себя обязанности выпуска вашей газеты. — Он встал. — Государству нужна ваша помощь, Нобль Артрит Чванни. И подумайте о том, каким примером для остальных может стать ваша газета! Подумайте, до каких высот вы сможете поднять журналистскую этику! — Он сбавил тон. — И подумайте, как тщательно вы сможете блюсти интересы публики и ограждать ее от воздействия психологии и психиатрии!
Другие представители прессы ухмыльнулись. «Дейли спикер» посвящал большинство своих публикаций этому вопросу. Стоящие сзади подтолкнули Чванни к столу.
Нобль Чванни присел на свободный стул.
— Корона, ваша светлость, сэр, — обратился он к Хеллеру, — даже если мне придется принести в жертву собственное благосостояние, я не могу допустить, чтобы от моего эгоизма пострадал наш основной клиент, наш читатель. Я принимаю свое назначение.
— Есть одно условие, — строго проговорил Хелпер, — я не намерен терпеть укрывательство прессой ошибок правительства и подавление справедливого мнения народа В обязанности цензорского Совета будет входить лишь защита отдельных и всех вместе взятых личностей от потока сфабрикованной пжи и от влияния таких беспринципных граждан, как Мэдисон или Хисст, В ваши обязанности будут заключаться в том, чтобы говорить людям правду, а не укрывать ее. Я прошу вас: НЕ ОСКОРБИТЕ ВАШЕГО ВЫСОКОГО ПОСТА СВОИМ НЕДОСТОЙНЫМ ПОВЕДЕНИЕМ!
Послышались аплодисменты.
— Значит, я полагаю, все согласны с моим предложением? — спросил Хеллер присутствующих.
Офицеры за столом согласно кивнули.
— Теперь, джентльмены, я бы попросил вас подвинуться и освободить место за столом для нашего нового Королевского историка и Цензора. Следовательно, можно считать законченным составление этой прокламации, и прошу вас поставить под ней свои подписи.
Прокламация номер пять. Уже пять! Он получил ключ к решению своего уравнения.
Он пробормотал про себя молитву. Теперь остается номер шестой, последняя, судьбоносная прокламация, в которой решится, обречет ли он на смерть пять миллиардов людей, в числе которых и его хорошие друзья, или он дарует им жизнь. Номер шестой решит судьбу Земли!