— Город освещён, люди ходят. Я справилась бы.
— Но теперь тебе не нужно справляться.
Я не знала, что ответить. Мы просто пошли дальше, и какое-то время молчали.
Холодный воздух делал дыхание более глубоким, а редкие уличные фонари отбрасывали длинные тени на асфальт.
— Как тебе вечер? — наконец спросил Рафаэль.
— Было здорово, — призналась я. — Спасибо, что подыграл мне.
— Ты хорошо поёшь.
Я смущённо пожала плечами:
— Просто немного подпевала.
— Не скромничай.
Он взглянул на меня с легкой усмешкой, и я почувствовала, как в животе неприятно сжалось.
— Ты давно туда ходишь? — решила сменить тему.
— Иногда заглядываю, — ответил он, не вдаваясь в подробности.
Кажется, ему действительно нравилось это место.
Мы свернули за угол, и впереди показалось кафе.
— Ну вот, — Рафаэль махнул рукой. — Добрались.
Я кивнула, снова на мгновение поймав себя на мысли, что он слишком… заботливый? Нет, скорее внимательный. Но это ничего не значило.
Он просто мой начальник.
Мы зашли в кафе, и сразу почувствовалась разница: тепло, приглушённый свет, тихая фоновая музыка. Рафаэль привычным движением снял пальто и прошёл внутрь, а я задержалась у входа, вдохнув уютный запах кофе и ванили.
Рабочая смена начиналась.
Я занималась книгами, ставя их на полки и проверяя каталог. Время шло спокойно, пока Рафаэль не подошёл к ней, держа две чашки кофе.
— Перерыв, — объявил он, протягивая ей одну из них.
— Что это?
— Кофе за счёт заведения, — ответил он с лёгкой улыбкой.
— А ты всем работникам такие подарки раздаёшь?
— Нет, только тем, кто хорошо поёт.
Я закатила глаза, но всё же взяла чашку.
— Спасибо.
— Всегда пожалуйста. Как тебе первая официальная смена?
— Успокаивающе, — призналась, убирая волосы за ухо. — Никто не торопится, не суетится…
— Именно так я и задумал это место, — сказал Рафаэль с лёгкой улыбкой.
Я кивнула и посмотрела на книги перед собой. Среди них лежала её тетрадь с домашним заданием по психологии.
Рафаэль заметил её взгляд.
— Что это у тебя?
— Домашка… По психологии, — ответила, нехотя закрывая тетрадь.
— Можно взглянуть?
Я колебалась, но всё же пододвинула тетрадь ближе.
Рафаэль пробежался глазами по странице и хмыкнул:
— Теория привязанностей. Хорошая тема.
— Ты разбираешься?
— Читал кое-что, — он отложил чашку и посмотрел на неё. — Если хочешь, помогу.
Я закатила глаза.
— Мне кажется, ты просто ищешь повод отвлечь меня от работы.
— Возможно, — не стал отрицать он. — Но я правда могу помочь.
Я немного подумала и, вздохнув, кивнула:
— Ладно, но только немного.
Рафаэль улыбнулся и придвинулся ближе, готовясь объяснять.
Я не ожидала, что обычный рабочий вечер превратится в спонтанный урок психологии.
***
Прошло несколько часов. Посетителей становилось всё меньше, а в зале воцарилась уютная тишина, прерываемая лишь шелестом страниц и приглушёнными разговорами. Лив сидела за стойкой, уткнувшись в тетрадь, а рядом с ней, склонившись над её записями, находился Рафаэль.
— Значит, ты хочешь сказать, что избегающий тип привязанности формируется из-за холодности родителей? — уточнила Лив, наморщив лоб.
— Не только, — спокойно пояснил Рафаэль, сделав пометку в её тетради. — Скорее из-за того, что в детстве человек не получил стабильной эмоциональной поддержки. Он привыкает полагаться только на себя, не подпуская других слишком близко.
Лив невольно задумалась. Её отношения с Эмилем… Разве не было в них чего-то похожего? Он то отдалялся, то вновь тянулся к ней, но никогда не позволял сблизиться по-настоящему.
— Ты задумалась, — заметил Рафаэль, слегка наклонив голову.
Лив тряхнула головой.
— Нет, просто пытаюсь разобраться в теме.
Рафаэль усмехнулся, но ничего не сказал.
Она перевела взгляд на часы. Уже почти полночь.
— Может, тебе стоит немного отдохнуть? — предложил Рафаэль, наблюдая, как Лив лениво потирает глаза, стараясь сосредоточиться на учебнике.
— Нет-нет, я в порядке, — отмахнулась она, быстро записывая что-то в тетради.
Рафаэль прищурился, оценивающе её разглядывая. Она явно уже ничего не соображала, но всё равно упрямо держалась.
— Ладно, тогда я сделаю тебе ещё кофе, — сказал он, отходя к стойке.
Лив не ответила, только рассеянно кивнула, продолжая всматриваться в строчки.
Рафаэль неспешно приготовил напиток, привычными движениями взбивая молоко и добавляя щепотку корицы. Когда он вернулся, держа в руках кружку, он застал Лив спящей.
Её голова покоилась на согнутой руке, тетрадь осталась раскрытой, а карандаш всё ещё был зажат в пальцах. Грудь размеренно вздымалась, дыхание стало глубоким и спокойным.