Они даже не задумывались, права ли Уиллоу.
— Вряд ли, совсем недолго, — сказала мама, но в её голосе не было той паники, что была у Урии. Меня не волновало, что она не сохранит место в Трибунале, которое получила после смерти моей тети; ее деловой тон шокировал меня.
Она всю жизнь боролась за это место, каждый день стремясь заслужить титул наследницы сестры. Она вбила это в меня, желая видеть от меня такую же преданность, хотя я и не желала быть её наследником. Этот титул мог достаться одной из моих сестёр, когда они подрастут, или моей кузине, мне всё равно.
— Тогда почему ты такая спокойная? Она сведёт на нет всё, ради чего мы трудились, — сказал Урия, его голос оставался тихим и тихим, хотя гнев нарастал.
— Расслабься, Урия, — мама вздохнула, и её каблуки нетерпеливо стучали по полу. — Кого, по-твоему, Уиллоу выберет представителем рода Эротов в Трибунале?
Я замолчала, и до меня дошло, что моя мать, веря в то, что сбудется, дошла до меня. Если настанет день, когда Уиллоу не согласится с тем, кого Наследники выберут своими представителями в Трибунале, вполне логично, что она подсадит друга, которому сможет доверить вернуть Красных этого Ковена к равновесию.
Она выберет меня.
У меня перехватило дыхание, когда я ещё сильнее прижалась к стене, вытаскивая книгу из сумки, чтобы сделать вид, что читаю, пока другие ученики, проходя мимо, с любопытством разглядывали меня. Опоздаю на следующее занятие, но мне было всё равно, я ждала их разговора.
Что Урия имел в виду, говоря о том, ради чего они работали? Знали ли они, как Наследники, о попытках предыдущего Трибунала?
— Марго ничем не лучше Уиллоу. Ты разве не видела, как она себя ведёт рядом с Уиллоу? — с усмешкой спросил Урия. — Из-за неё мы потеряли Итана.
Моё сердце ухнуло в пятки, осуждение в этих словах дало мне всю необходимую уверенность в том, что обо мне думают люди. Считали ли они, что я солгала, или им вообще было всё равно, что это произошло, не имело значения.
Важно было лишь то, что я для них совершенно ничего не значила.
— Она ошибается в своей преданности Уиллоу, но мы не можем винить её за то, что она жаждала мести Итану. Этот человек годами насиловал её неоднократно, — сказала моя мать, и я задыхалась, чувствуя, как всё внутри меня застыло.
Сложила ли она пазлы после Трибунала и поняла ли, что я всё это время говорила правду?
— Возможно, но Итан был нам полезен, Фрита. Без него мы не сможем провести ритуал связывания…
— Я выполнила свою часть работы. Пожертвовала своей дочерью ради общего дела, как того требовал Ковенант, даже зная цену. Итан, возможно, исчезнет и не сможет сделать это снова в будущем, но Марго уже связана. Утешайся тем, что Марго физически не сможет сделать то, чего хочет от неё Уиллоу, если она вытеснит меня.
Ритуал связывания?
Я засунула книгу в сумку, всем телом готовая бежать. Боролась с собой, пытаясь решить, стоит ли требовать ответов на вопросы, роящиеся в моей голове, или же обратиться к Уиллоу и поделиться тем, что узнала.
— А что насчёт других домов? Наши наследники не дружат с новым Заветом, и нет никакой гарантии, что они будут избраны на наше место. Она может выбрать кого-то, кто не связан, и всё уничтожить…
— Тогда, полагаю, пора убедить твоих наследников подружиться с этой маленькой некроманткой, не так ли? Серьёзно, Урия, не все войны ведутся в крови. Некоторые из самых важных битв выигрываются тихими манипуляциями. Думай как Красный, которым ты являешься. Очаруй её, — резко сказала моя мать, стуча каблуками по мере того, как она проходила в глубь комнаты. Я прижалась к стене, прижимаясь к дверному проёму, надеясь, что Урия не увидит меня, когда распахнёт дверь и, топая, проберётся через лестничную площадку.
Он не оглянулся, позволив мне проскользнуть в открытую дверь, прежде чем я потеряю самообладание.
Я шла медленно и осторожно, приближаясь к матери, склонившейся над столом, не отрывая взгляда от стопки бумаг перед собой и строча записку.
— Мама? — спросила я, и мой голос дрогнул при этом слове. Мне не хотелось думать, что это может быть правдой, что она могла знать, что сделал Итан накануне.