— Она не твоя, — сказал я, наблюдая, как он поднял бровь, услышав рычание в моем голосе. Как и енохианские руны, покрывающие мое тело, словно мерцали в знак согласия. Я сжал ожерелье между пальцами, чтобы успокоить свою яростную энергию, и перебирал в руках косу, мое излюбленное оружие. Одним движением запястья я бы взял ее в руку, чтобы защитить Марго, если бы до этого дошло.
Но как бы ни боролся, кого бы ни убил, я не смог бы перетащить ее через границу между Вторым и Третьим Кругами, если похоть не позволяет этому произойти.
Асмодей принял боевую стойку, зная меня достаточно долго, чтобы распознать, когда я готов сражаться. Наши импульсы были сильны, но если мои стремились бороться за возможность поглотить мои вещи благодаря ненасытной страсти, то его — трахать их. Он взглянул через мое плечо, его взгляд скользнул к верхней части лестницы, и он поднял брови.
— Скажи это ее магии, — сказал он, наклонившись ближе, чтобы произнести эти слова тихо.
Он был прав, я знал. Потому что, хотя Марго так редко осмеливалась прикоснуться к магии, которая пульсировала внутри нее, ее невозможно было не заметить. Она излучалась от нее, как волны света, заставляя ее кожу слегка мерцать, как у богини.
— Она больше, чем ее магия, — сказал я пренебрежительно, впервые за свою долгую жизнь презирая существующий порядок вещей. Потребность защитить ее так сильно противоречила тому, что должен был чувствовать.
Я должен был наслаждаться тем фактом, что другая ведьма будет страдать.
Должен был наслаждаться тем, что другая ведьма пострадает.
Вздохнул, ненавидя то, что мне пришлось прибегнуть ко второй части моего плана, чтобы провести Марго через Второй Круг без каких-либо потерь для неё.
— Если ты не позволишь ей пройти из-за верности Люциферу и того, чего Он хотел бы, тогда сделай это в качестве одолжения мне.
Асмодей замер, его лицо стало задумчивым. Одолжения были чем-то, что архидемоны раздавали нечасто, товаром, которым мы редко осмеливались торговать друг с другом. Способы, которыми получающая сторона могла потребовать возврата долга, часто были гораздо ужаснее, чем просто решение первоначальной проблемы.
И всё же вот я, предлагаю себя в качестве жертвы ведьмы, которая проникла мне под кожу и запела песню, которую не смог забыть.
— Заманчиво, — протянул Асмодей, подняв руку и задумчиво постукивая пальцами по нижней губе. — Никогда не думал, что доживу до того дня, когда великому и могущественному Вельзевулу понадобится моя услуга.
— Не жди, что это повторится, поэтому предлагаю тебе воспользоваться этим предложением, пока оно ещё есть, — проворчал я, скрестив руки на груди в ожидании неизбежного.
Только дурак не примет от меня предложение об услуге.
— Нет, — сказал он, слишком медленно растягивая слово, на мой взгляд. — Она важна для тебя, если ты готов сделать мне такое предложение. Теперь мне очень интересно узнать, почему. Я могу это сделать, только если у меня будет с ней больше времени, понимаешь? — спросил он, из его уст вырвался ехидный смешок. Он был радостным, почти детским, словно ему нравилась перспектива держать мою любимую игрушку в клетке, ключ от которой был только у него.
— Ты, чертов ублюдок…
— Знаешь, есть способ избежать всего этого, — сказал Асмодей, его ухмылка расплылась по лицу, когда он повернулся, чтобы встретиться взглядом с одной из женщин, которая, проходя мимо, провела рукой по его плечам. — Призови Владычество, и она вся твоя. Никто из нас не сможет претендовать на нее, если ты это сделаешь, — сказал он, и я с досадой поджал губы.
Я не рассказывал об этом варианте Марго, потому что знал наверняка, что это невозможно. Она бы никогда не простила меня, если бы попытался это сделать, её бы оттолкнула сама мысль о том, что я заявляю на неё права и привязываю её к себе и только к себе. Это сделало бы меня ничем не лучше Итана, действующим бездумно и безразлично к её желаниям.
— Не могу так с ней поступить, — сказал я, и эти слова, казалось, удивили Асмодея так же сильно, как и меня.
Я не мог так с ней поступить. Даже не упоминая о том, что со мной сделает вечная связь с одной женщиной.
Чёртовы ведьмы.
Он усмехнулся, прикусив нижнюю губу и переведя взгляд на пространство позади меня. У меня не осталось выбора, кроме как ослабить хватку на косе и обернуться, чтобы увидеть Амелию и Марго, идущих рука об руку, наверху лестницы. Амелия остановилась там, с улыбкой на лице, разговаривая с Марго. Я заметил это краем глаза, когда мой взгляд сузился до Марго, скользя от головы до пят и обратно.