— Хорошо. Хорошо, — немного успокоился я. — Прости, что так грубо. Просто мне нужно знать, кто именно отдал тебе этот пакет. Сам Питер лично?
— Нет, — усаживаясь удобней в кресле, ответил Джек. — Не он лично. Откуда я бы его видел? Он далеко отсюда. Ричард возненавидел братьев после того, как они стали явной угрозой для тебя.
— Тогда?
— Я столкнулся с Лейлой. Она и передала мне пакет, сказав, что он от Питера. — Я повернулся спиной, отходя от стола. — Ты куда?! — Джек крикнул мне вслед. Я резко остановился, вспоминая о рьяной заботе Ричарда по отношению ко мне лично.
— А с чего Ричарду вообще понадобилось опекать меня так сильно? — я повернулся к нему лицом, остановившись у двери.
— Он дорожит тобой, — неуверенным голосом ответил Джек.
— Не стоит понапрасну говорить столь душераздирающие высказывания, — произнёс я.
— Если интересуют подробности сомнительного для тебя убеждения, то почему бы просто не спросить у него самого?
— Думаешь, не пытался? — усмехнулся я, понимая, что даже если Джек что-то знает, то всё равно не посмеет рассказать мне об этом.
Я хлопнул дверью. Направился в свою комнату. Достал мобильный телефон из кармана куртки и набрал номер Лейлы. Прозвучало пару гудков.
— Не может этого быть! — на той стороне услышал восторженный голос Лейлы. — Сам Оуэн Лестон снизошел до того, чтобы позвонить мне?! Должно было случиться что-то экстраординарное, чтобы ты набрал мой номер. Что-то нужно?
— Закончила? — грубо ответил я.
— Допустим, — я чувствовал, что на её лице улыбка.
— Ты виделась с Питером Эвансом?
— С чего бы? Мы не друзья.
— Тогда откуда у тебя свёрток адресованный мне от него?
— А это? — небрежно произнесла она.
— Я была на острове убежища не так давно и виделась с Виком. Он и передал мне этот свёрток.
— То есть вероятность того, что в этот свёрток не заглянула добрая половина клана, очень не велика? И что возможно лично Питер сам не подозревает, что от его имени передают пакет? Так? — разозлился я.
— Почему ты так злишься? Причём здесь вообще я. — По её реакции и поведению я понимал, что Лейла не подозревает, что лежало, внутри свёртка. — Я просто передала! И мне без разницы что внутри. Не одевай себе на голову корону! Мир не крутится вокруг тебя! Я не слежу за тобой днями и ночами…
— Забудь, — не дослушав, я отключился от разговора.
Оглядев каждый снимок, я прочитал надпись позади фотографий. На всех была одни и те же слова. «Кто тебе дороже всех? Он? Она? Или они? Кого я заберу следующего? Только ты выберешь его судьбу. Жить или умереть». Спрятав полученные снимки, я взглянул на часы. Пора собираться, подумал я. В мыслях мелькали все имена, лица, диалоги, которые когда-либо происходили в моей жизни. Я бегло пытался найти тайного отправителя. Наверное, он боится меня, раз не посмел лично бросить мне вызов. Неужели это и, правда был Питер? — не верил до конца я. Зачем ему скрываться ведь я и так знаю, что он ненавидит меня.
Я поспешил выйти из дома. Пока ехал не мог выкинуть из головы угрозу, которую получил. Неужели я и впрямь не имел право иметь спокойную обычную жизнь? Забыть прошлое и понять, что значит любить кого-то. Я был разбит тем, что снова могу подвергнуть опасности дорогих для себя людей. Имел ли я на это право? Вероятно, уже нет. Ведь половине клана за своё долгое существование я успел причинить немало бед, проблем, головной боли. Я даже уже не помню всех врагов в лицо, потому что не считал нужным запоминать их ранее.
Я не находил себе места, ожидая в гостиной дома Райдеров. Ко мне приблизился Макс.
— Ты считаешь, что подходишь ей? — сухо спросил он, зафиксировав инвалидное кресло напротив меня. Я не ответил и прошёл в другую часть комнаты. — Мы оба прекрасно понимаем, что ты не тот, кто ей нужен. Ведь так? — Я молчал и лишь иногда бросал взгляд в сторону мужчины, который пытается переубедить меня в том, что я и без него осознавал, но не желал принимать за истину. Мне и без его слов сейчас было плохо. — У вас всё равно нет будущего, — мужчина вздохнул. — Поэтому просто найди повод оставить её. Пусть ей лучше будет больно сейчас, чем жить иллюзиями, которым никогда не превратится в реальность. — Я понимал, что он абсолютно прав. Что я мог ей дать? Боль, переживание, постоянный страх, ожидание разве это можно назвать жизнью, о которой мечтает юная девушка? Вероятней всего нет. Меня разрывало надвое. Одна часть эгоиста кричала о том, что жаждет остаться рядом с Джейн вечность. Другая осознанно просила отпустить, чтобы не стать причиной её несчастий. Но как было трудно добровольно принять столь важное решение и отдалиться от неё хотя бы на шаг дальше. Поэтому я продолжал идти подле неё. Безмолвно, безропотно храня в себе горсть сохранившегося рассудка, который я напрочь растерял, пока видел безумный ангельский рай в любимых глазах.
— Ваша дочь дорога мне, — уверенно произнёс я, оборачиваясь на отца Джейн. Хотя мои слова сейчас не играли ни какой роли в дальнейшем. Ни её отец, ни бабушка и даже Кларк не могли повлиять на моё решение. Лишь я сам по соображениям её безопасности мог уйти однажды.
— Если дорога, ты не станешь идти наперекор воли её семьи. А мы хотим, чтобы тебя не было в нашей жизни. Просто сделай одолжение уйди. Тебе ведь ничего не стоит переехать в другой город. Ведь так? — Я опустил голову. Тяжело вздохнул, окончательно осознав, что не смогу вписаться в её реальность.
— И вам всё равно, если ваша дочь выберет меня по собственной воле?
— Это ей только так кажется. Ты молод, красив, богат. Таких девушек как она я уверен у тебя может быть бесчисленное множество, — хриплым голосом произносил Макс.
— Ваша дочь не такая как все другие. Она особенная, — я перебил его.
— Мэри ты очень не нравишься. Лично я против тебя ничего не имею. Ты кажешься мне славным парнем, но весь город считает тебя и твою сестру виновными во всех бедах, которые у нас произошли за последнее время. Хотя как не смешно звучит, но вы спасли нас, спасибо. До вашего появления во всех бедах обвиняли нашу семью. — Он печально улыбнулся. — Сынок, поверь, есть причины, по которым вы в любом случае не останетесь вместе. Только сделаешь больнее себе и Джейн, если будешь затягивать с расставанием.
— Но мы даже не встречаемся?
— И не будете. Дружить тоже не стоит, — уверенно ответил он. У меня не было слов, чтобы дать отпор его доводам. — Пойди, сходи к ней наверх, — предложил он. — Пока Мэри не вернулась.
— Спасибо, — тихо произнёс я.
Я медленно поднялся на второй этаж. Лёгкое волнение электрическим разрядом прошло сквозь моё тело. Я долго стоял возле комнаты Джейн, собираясь с мыслями после разговора с её отцом. Мне было страшно от того, что возможно он был прав, и нам просто было не суждено остаться вместе при любом раскладе. Ведь все обстоятельства были против нас. Спустя минуту я постучался.
— Войдите, — за дверью послышался любимый голос. Я прошёл внутрь. — Привет. — Передо мной стояла Джейн. Распущенные волосы. Легкий румянец на лице. Огромные глаза, обрамлённые чёрными пушистыми ресницами. На ней было синее как летнее небо платье, туфли на небольшом каблуке. Мягкая улыбка, но нежная печаль в глазах. Сердце сжималось всякий раз, когда эта печаль проникала в меня.
Заворожённый увиденной картиной я был искушён собственным представлением о любви. Она была больше, чем просто сон. Моя голова закружилась. Слабость истомой разлилась по всем моим конечностям. Я не мог пошевелиться. Не мог уйти от неё и не мог приблизиться, боясь спугнуть своей неуместной настойчивостью. Я отвёл взгляд в сторону, несмотря на то, что весь мой организм кричал о том, что больше не может бороться со страстью и чувствами, которые я испытывал.
— Я… — неожиданно Джейн обхватила голову руками и немного осунулась.
— Что с тобой? — я подбежал к ней. Нечаянно дотронулся рукой до её локтя. Внутри всё замерло в это мгновение. Почувствовав её хрупкое тело возле себя, я был не в силах уйти. — Воды?
— Нет. Нет. Всё хорошо, — тихо и неубедительно произнесла она. Я помог дойти ей до кресла. Она присела. Я сел рядом. Её голова была опущена. Наблюдая за ней, я боялся сделать лишнее неловкое движение. Впервые в жизни с кем-то я не знал как вести себя. Каждый раз, когда по близости была она моя наглость, уверенность, самолюбие, надменность вмиг растворялись, словно их никогда и не было во мне. Я поднял руку над её головой, желая прикоснуться к её волосам. Шёлковистые, мягкие локоны спускались по белоснежным плечам. Но я не нашёл в себе смелости сделать это. Обдумывая своё поведение, я убрал руку, отворачиваясь от неё. — Я жалкая? — еле-еле произнесла она, поднимая на меня свои большие глаза.