- Какого хрена ты стоишь под дверью?- повысив голос, говорит мне высокий темноволосый парень, который судя по всему о хороших манерах только в книжках читал.
- Какого хрена ты двери пинком ноги открываешь? – отвечаю я вопросом на вопрос в том же тоне, бросаю на него самый суровый взгляд, на который способна и наклоняюсь за телефоном. Через весь экран тянется паутина из битого стекла. На всякий случай несколько раз давлю на кнопку питания. Реакции конечно никакой. Разбит безнадежно. Черт! Выругалась я про себя.
- Ему давно пора на помойку.
Виновник моей потери стоял на том же месте, теперь руки скрещены на груди, на лице играет самоуверенная ухмылка. Не сомневаюсь, что это здешняя звезда. Видела я таких. Самовлюбленные кретины, с совершенной внешностью, считающие себя, центром вселенной. Одет был просто, но очень стильно. Черная кожаная куртка, под ней виднелась черная футболка и рваные тёмно-синие джинсы. Черты лица настолько правильные, что он кажется нереальным. Идеально вылепленный прямой нос чуть вздернут вверх, четкая линия подбородка, очерченные губы были больше чем у всех знакомых мне парней, из - под густых ресниц зеленые глаза смотрели прямо в мои не отрываясь. Я тоже не из робкого десятка. Не смотря на то, что он гораздо выше, я гордо вскидываю голову и с напором подхожу вплотную к нахалу. Его бровь от удивления изогнулась в изящный четкий угол.
- На помойку пора твоим манерам, - сказала я как можно спокойнее, - очень жаль, что мужского в тебе только ниже пояса, иначе ты бы извинился за испорченную по твоей вине чужую вещь.
Я подняла руку, чтобы ткнуть этому мистеру – совершенство своим разбитым телефоном прямо в рожу, но он перехватывает ее на лету и не отпускает. Мы так и стоим, беззвучно метая друг в друга молнии. Было понятно что никто из нас уступать не собирается. Его запах с каждым вздохом сильнее забивал рецепторы, и казался все приятнее. Взгляд переместился на мои губы, и его лицо вдруг становится так близко, что можно рассмотреть коричневые крапинки в его глазах. Он шумно втягивает воздух у моего носа, а я замираю, когда его губы оказываются на моих. По лицу тут же пробегают мурашки. Помедлив немного, он просто нагло просовывает язык мне в рот и рукой прижимает мою голову к себе, не давая отстранится. Сердце при каждом стуке качает вдвое больше крови, чем положено, губы покалывает как от микро удара током, эта волна опускается ниже и проходит через все тело. Мы одновременно отталкиваемся друг от друга как частицы с одинаковым зарядом. На его лице полная растерянность, грудь тяжело поднимается от учащенного дыхания. Пораженно смотрит на меня, приоткрывает рот, будто собираясь что-то сказать, переминается с ноги на ногу, но в последний момент передумывает. Резко разворачивается и просто уходит. Наваждение отступает, но на губах остается странное ощущение как от щекотки перышком.
Глава 3 Поселенец
На пути к корпусу женского общежития, Райан и секретарь, высокая блондинка с нелепым хвостиком, о чем-то увлеченно беседуют. Она мило хохочет над какой- то из его глупых шуточек, я же плетусь сзади как тень, волоча сумку на плече, и вовсю поглощённая в свои мысли. Губы до сих пор приятно покалывает, и рука непроизвольно тянется к ним. Такого со мной еще не было. Я целовалась всего с несколькими парнями за всю мою жизнь, но с каждым это было настолько неприятно, когда их слюнявые языки проникали в мой рот, меня начинало неотвратимо тошнить. Никогда не понимала парочек, которые часами не отлипали друг от друга словно пиявки. Собственно поэтому у меня не было никого. Я разворачивала каждого кто пытался меня клеить или хотел чего- то больше, чем просто дружбы. Меня ни к кому не влекло и отношение к этому человеку резко менялось, стоило ему начать нести романтическую чепуху. Сью, моя бывшая соседка по комнате за то время, что мы прожили вместе, сменила наверно с десяток парней. Одно время у нее была навязчивая идея заняться и моей личной жизнью. Хвала небесам ее рвения надолго не хватило, и она сделала неутешительный, по ее мнению, вывод, что я либо лесбиянка, либо фригидная, и умру старой девой в окружении дюжины котов. Она сочувственно вздохнула и взглядом означающим «Я сделала все, что было в моих силах детка» оставила меня в покое.