Так и было, пока какие-то ублюдки из Зоны не проскочили полосу отчуждения и не натворили немало бед в Европе. Проскочить через все системы слежения, контрольно-следовую полосу, интеллектуальные минные поля, при этом не задеть сигнальные провода и не попасть в поле зрения беспилотников, не говоря уж о спутниках слежения, не смог бы и он сам — если, конечно, не на своём, досконально известном участке, а на соседних. Не смогли бы и высокотехнологичные «хунвейбины» двадцать второго века. И спецы из КСО… хм, скорее всего бы не смогли, скажем так. А уж безоружные, технически безграмотные мутанты, ради которых всё и делалось… Не смешите.
Эйхмансон нисколько не сомневался, что все эти системы просто-напросто отключили. Не везде, разумеется, на время и в глубокой тайне. Всё просто: чтобы заварилась вся эта кровавая каша, нужен был повод. Вот когда его нашли, тогда и…
Внутренних войск вокруг Зоны ещё хватало для охраны периметра, но не для чистки её самой. Ну что такое, скажите, две бригады на неправильный круг диаметром в триста пятьдесят-четыреста километров? Можно, конечно, было перебросить ещё пару дивизий внутренников. Но отчего-то президент решил пустить в ход «добровольцев». Наверное, пошёл на поводу у «общественности», жаждущей использовать последний шанс для набивания чучел. И потянулись в учебные центры Внутренних войск гравипланы с «добровольцами». По большей части они уже бывали в Зоне на охоте, знали и тамошние условия, и самих мутантов, как облупленных. Знали они и старую технику, которую арендовали, чтобы съездить на «сафари». Зато дисциплина у ребят хромала, и это ещё мягко сказано.
Но добровольцы — это полбеды, даже «новенькие», ещё не бывавшие на охоте. За пару месяцев их худо-бедно обучили водить древнюю бронетехнику и вертолёты, пользоваться «скафандрами» и стрелять из пороховых автоматов. Против безоружных дегенератов, казалось, этого хватит выше крыши. Гораздо хуже оказались многочисленные «подкидыши» — какая-никакая, а боевая операция манила офицеров-тыловиков, как мёд ос. Ещё бы — заветное «участие в боевых действиях» в личном файле позволяло рассчитывать на совсем не маленькую прибавку к жалованию и пенсии, на бесплатное лечение в военных госпиталях, да и карьера пойдёт в гору. А ведь это ещё и безопасно…
Даже командовать операцией назначили не командира дивизии генерала Райдера, а любимчика президентского советника Модроу — начальника тыла КСО Эрдхая Мануна. А уж он притащил своих протеже, например, успевшего всех достать своим апломбом полковника Наттера и прочих. Они тут же пересмотрели существовавшие планы, а то, что получилось вместо продуманных оперативных наработок, вызывало у спецов гомерический хохот.
С лязгом вертолётные лопасти рубили нечистый воздух. Идти приходилось по приборам, за стёклами была лишь непроглядная чернота. Казалось, что вертолёты не летят на скорости двести километров в час, а висят на месте, даже вибрация корпуса только усиливала впечатление.
— Здравствуй, Вольдемар, — поздоровался майор. И сразу, с места в карьер, огорошил командира группы: — Плохие новости, парень. Утром добровольческая бронегруппа попала в засаду на северной окраине. У парней серьёзные потери, но главное — погиб Натер. Манун в бешенстве.
— Как — погиб? — от удивления забыв о субординации, ляпнул Эйхмансон и прикусил язык. Тоже мне, офицер.
— Ему хватило ума возглавить атаку на мусоросжигательный комбинат… И ещё кое-какие заводы, там целый лабиринт. Посёлок они заняли с ходу, но там почти не оказалось мутантов. Они все засели на заводе. Всё без дураков, мины, окопы, гранатомётные и пулемётные огневые точки, фактически весь завод превращён в укрепрайон. Похоже, даже танк был. В общем, наши всей толпой попёрли на завод, и попали в засаду. А Наттер на своём «Абрамсе» на фугас напоролся. Танк аж подбросило. В бою погибли и несколько командиров групп. Днём они получили подкрепления из бронегруппы Оттокара — но взять завод не смогли. По последним сведениям, те, кто засели на заводе, ночью просочились через кольцо окружения и атаковали тех, кто блокируют группу мутантов на вокзале. Во время боя на вокзале беспилотник обнаружил колонну повозок, толкаемых вручную, на них детёныши и какое-то добро. Приказываю нанести удар по вокзалу и его окрестностям, затем высадить десант и воспрепятствовать выходу противника на южный берег. В крайнем случае разрешаю уничтожить мосты через Днепр. Меня утвердили руководителем Смоленского направления вместо Наттера. Как поняли?