— Живот… Сука, как больно…
— Ничего, ползи, как можешь, мы вернёмся с подмогой…
Впереди, с самодельным факелом в руке, шёл Забойщик. Теперь чья-то бронетехника была ближе, тьму навылет пробивали мощные прожектора, моторы ревели так, что заглушали остальные звуки. Разок, ослепив и ошеломив всех, по ним мазнул луч прожектора.
— Свои мы, свои! — набрав в лёгкие воздуха, поспешил крикнуть бывший офицер. Он споткнулся о камень, опрокинулся, с плеском и хлюпом рухнул в чёрную жижу, но тут же поднялся, замахал чудом не потушенным факелом. — Заберите нас! У нас раненые!!!
Скрежетнув траками, броневик затормозил метрах в пятнадцати. Сноп света пробил мрак, безжалостный свет ударил прямо в глаза. Из раскрывшейся бронедвери выпрыгивали крепкие парни с каким-то оружием — в темноте и смоге не разглядишь — и мощными фонарями. Пару раз свет фонарей мазнул по машине, и Забойщик смог распознать технику: старая-престарая, обшарпанная и чудом способная ездить боевая машина пехоты. Похоже, этой штуке больше полутора веков: помнится, такие были в ходу, когда НАТО ещё не стало Свободным Миром. Против китайцев, случись между Землёй и Марсом война, толку от этого утюга было бы чуть, но здесь такие вполне к месту: ничего серьёзнее давешнего арбалета у местных не может быть по определению. А тут… 25-миллиметровая автоматическая пушка, и это не считая гранатомётов и прочих прелестей. С таким не всякий танк справится — ну, конечно, против гравилёта или гравиплана, да с установкой энергоброни, на таком лучше не выходить. Ага, а за спиной железного монстра держатся машинки попроще — на сей раз два БТРа из той же эпохи. Тоже не беззащитные — по крупнокалиберному пулемёту, в каждой наверняка есть гранатомёты. Какой там был калибр, чёрт? Вроде двенадцать и семь…
По глубокому убеждению повоевавшего на Луне Забойщика, в Резервации просто некому противостоять этакой мощи. Тут и этот ржавый арбалет из автомобильной рессоры и струны был шедевром технической мысли. Интересно, ради чего такая помпа? Это что, ночной патруль?
Ещё раз скользнув по руинам, сноп света упёрся в сгрудившихся, чтобы не потеряться, ослеплённых и растерянных людей.
— Люди мы! — кричал во всю мочь Забойщик. — Не му…
У самого дульного среза пушки расцвёл причудливый огненный цветок. Мрак прорезал короткий пунктир трассы, с неразличимым отставанием по ушам ударил грохот. Тело Забойщика отлетело назад, будто от пинка великана, и бессильно распласталось на земле. Голова глухо треснулась о булыжник, чудом не расколовшись, и так и осталась лежать. Крови видно не было, но все поняли: командира у них снова нет. Бородатый смуглый мужик перед Эрхардом тупо уставился на хлещущий кровью обрубок на месте руки, а потом все содрогнулись от его жуткого, нутряного какого-то воя. На самой границе непроглядного мрака кто-то повалился вовсе бесшумно, без крика и стона — его голова взорвалась чёрными во мраке брызгами, осколки и ошмётки с хлюпаньем посыпались в слизь. Ещё одного мужчину очередь словно перерубила пополам, снаряды с лёгкостью прошивали тело, вышибая из него шматки мяса и брызги крови. Совсем как Забойщик, мужик отлетел назад и распластался на камнях мешком переломанных костей. По телу скользнул луч прожектора, и Мэтхен увидел: под телом уже натекла большая лужа крови. Стоило затихнуть басовитому стуку пушки — и берег ручья огласили вопли боли и отчаяния.
Тоном выше грохнули крупнокалиберные пулемёты, затрещали автоматные очереди, и на пустыре воцарился ад. Визжали, рикошетя от камней, пули, несколько раз грохнули, засевая бесплодную землю и рубя кусты осколками, гранаты. В этом кошмаре бесполезно было убегать — от прожектора, пушки и пулемётов не уйти. Но так же бесполезно оказалось и залегать. Автоматчики, развернувшись под прикрытием бронетехники в цепь, азартно били из автоматов на любой шорох. Порой прожектор выхватывал из мрака то одного, то другого, и теперь Эрхард рассмотрел — нет, тоже не новомодные плазмострелы, а старинные, потрёпанные жизнью, побывавшие в переделках автоматы. В старинных фильмах он видел, как выглядела древняя М-16, но тут было что-то иное. Может быть, что-то что-то русское? Как его, автомат Калашникова, что ли? Бронетехника-то явно родом из Свободного Мира, то есть ещё НАТО. Изогнутые магазины, простые, без изысков, стволы, примкнутые штыки. Это-то зачем? Они что, в рукопашную собрались?
Будто подслушав мысли вжавшегося в зловонную землю человечка, передний из автоматчиков подбежал к упавшему Александру — того, похоже, не зацепило, просто залёг, когда началась стрельба. Физик пошевелился, попытался приподняться.