Грохнуло ещё раз, мутное зарево ширилось, расползаясь во все стороны. Что там горит? Напалм? Судя по запаху, который донёс восточный ветер, именно он. Но в совершенно чудовищных количествах, в ход шли десятки, если не сотни тонн сразу. «И это на планете, где последние запасы нефти вычерпали почти век назад! — подумалось Мэтхену. — Вот на это горючки не жалко… Уроды!»
Теперь было так светло, что оба жмурились, вжимаясь в липкую землю. Мэтхен и сам прищурился — всё-таки полтора года вечного полумрака давали о себе знать. Стало ощутимо теплеть, в спину потянул набирающий силу ветер.
— Огненный шторм? — вспомнил он, как называлась такая штука.
— Он, родимый, — так же шёпотом произнёс Ярцефф. — В миниатюре. Ничего себе, костерочек подпалили! Ладно, кроме напалма, гореть там нечему, они наверняка уже ушли. Сейчас погаснет, и пойдём посмотрим.
— Что там смотреть? Там и не останется ничего!
— Нет, мне просто интересно, для чего прорву горючки спалили. На трупы ста литров хватило бы за глаза. А слизь выжигать нет смысла. На всё Подкуполье всё равно не хватит. Понял?
— Да, что-то непонятное. Но это целый час ждать…
— Оно того стоит, Мэтхен. Сидим, как мышки.
Ярцефф оказался прав: горело ярко и жарко, но недолго. Пламя утонуло в пелене смога уже через полчаса. Но капитан ждал — ему не улыбалось нарваться на какой-нибудь патруль, или боевой беспилотник, способный охотиться за отдельными людьми. Ну, или мутантами: красавица, не красавица — какая пуле разница? — Подъём! Пламя погасло, и эти наверняка убрались.
Превозмогая внезапный страх (как часто недавние соотечественники нагоняют жуть!), Мэтхен поднялся — и нехотя побрёл по обугленной, спёкшейся в стекло земле. Даже сквозь кондиционер «скафандра» пробивалась гарь, крупные чёрные хлопья, как снег, кружились в нечистом воздухе и бесшумно ложились — на плечи и головы людей, на выжженную землю, на оплавленный бетон развалин. Земля и стены ещё дышали жаром, без «скафандров» пришлось бы туго. Но Ярцефф решительно шагал в самый центр городка, где ещё недавно бушевало пламя.
У здания, ещё недавно двухэтажного, а теперь полностью выгоревшего и провалившегося в себя, он остановился. Внимание привлекла куча чёрных, хрустких обломков. Капитан бестрепетно сунул руку в пышущую жаром груду — и извлёк почерневшую, оплавленную, растрескавшуюся кость.
— Ага, вот и посельчане. Надо же, не поленились стащить мясо в одно место… Зачем — всё вроде выжигали?.. Это ещё что… Воздух!
Они едва успели порскнуть за покосившуюся стену, когда из мутного неба наплыл монотонный рёв грузового гравиплана. Грузовой-то он грузовой, а вооружён дай боже. От него не уйдёшь: с таким же успехом он может ползать по земле, по горам и болотам — убежать можно лишь на такой же машине. «Только бы наши стрелять не додумались!» — подумал Ярцефф. Боевая машина пехоты полуторавековой давности против гравиплана — металлолом.
Но гравиплан пронёсся над головой, не снижаясь. Не увидел? Или просто сообщил, куда надо, не отвлекаясь от поставленной задачи? Ярцефф не знал, и по всем правилам следовало уходить — как можно скорее, по возможности путая следы и ставя мины с растяжками. Но как раз когда капитан решился встать, рёв снова стал нарастать.
— Лежать! — скомандовал Ярцефф.
Снова всё повторилось. Потом ещё раз. Затем рёв мотора стих вдали. Не меньше десяти минут двое провели на горячей земле.
— Странно. Три круга сделал — и полетел, — заметил командир.
— Увидел?
— Если бы что-то заподозрил, выстрелил бы из плазмострела или засадил ракетой. Нет, тут другое. И ровно-то как шёл…
— В смысле?
— Могу поклясться, — пробормотал Ярцефф. Не приказ, и не пояснения — будто говорил сам с собой, пытаясь понять непонятное поведение завоевателей. — Он шёл по одному и тому же маршруту, специально повторяя его возможно точнее. Будто что-то распылял, причём строго в определённой концентрации. Но после пожара травить всё равно некого…
— Ярцефф, — Мэтхен чуть не хлопнул себя по лбу, едва сдержался. Мог бы сразу догадаться! — Помнишь про третий этап их плана? Ну, там, где смог вычищают, и слизь с земли…
— Точно! — с полуслова понял командир. — Сообразил! А распыляли они не отраву, а совсем наоборот. Это же не аэрозоль, а нанороботы, которые поглотят вредные вещества, и очистят их от смога. Нечто похожее запустят и в слизь…
— Нанороботы? Они-то тут зачем?
— Я слышал о таких разработках, только там роботы использовались для связывания радионуклидов, и для утилизации вражеских трупов с подбитой техникой. Они поглощают вредные вещества, перерабатывают их частью в энергию, частью в строительный материал для себя. Как его наберётся достаточно, наноробот делает свою копию. Так они «размножаются»: за пару месяцев заполонят всё Подкуполье, а через год ничего токсичного тут не останется.