— А потом что? — спросил Мэтхен. Вот и ещё одна сенсация. Сколько ещё страшных тайн хранит Свободный Мир? — Что было с теми, кто «пойло» не пил?
— Вспомни свою прабабушку, Эрхард, — произнёс Отшельник. — Разбежались они кто куда. Теперь, думаю, и за них примутся: они могут остаться единственными, кто помнит, что Россия — была. Поднимут архивы, изучат родословные — и, как потенциально склонных к мутации… Ну, или просто изолируют от остальных, или ещё что придумают. Тут сто тридцать лет была всепланетная свалка, и ничего не менялось. Там думали, что мы все вымрем лет за сорок, и можно будет почистить. Но мы выжили. Некоторым, например, мне, мутация дала невосприимчивость к пойлу. Оно не берёт меня — только придаёт силы и помогает голове думать… И остальные как-то приспособились. Даже потомство рождать умудряются — стало ясно, что сами мы не сдохнем. Они долго думали, что с нами делать. Вот, придумали.
— Отшельник, такое же невозможно! — изумился Мэтхен. Если Отшельник прав, в случившемся виноват и Свободный Мир! Теперь понятно, зачем нужно «секретить» историю России. — Должны быть специальные структуры, которые следят за такими вещами…
— Есть, — согласился мудрец. — Были. Судя по всему, на них работал автор доклада. Но окончательное решение всегда не за ними, а за чиновниками.
— А чиновники получали процент с продаж, — зло усмехнулся Ярцефф. — Строили виллы за Барье… бугром, открывали счета в заморских банках — то есть деньги, затраченные на уничтожение РФ, ещё и вернулись сторицей. А эти всё знали, уже тогда. И, зная, что впаривают согражданам отраву, спешили в последний раз набить карманы — они уже раз нажились на катастрофе, правильно? Ну, в конце позапрошлого века, когда миллиардерами становились за пару лет, и ничего особо не делая. Человек, если в чём-то добился успеха, норовит и дальше действовать так же. Даже если условия изменились. Вот и эти… Подозреваю, того умника по головке не погладили, а доклад утопили в пустом трёпе. И продолжили шакалить… Кого винить в случившемся — Свободный Мир, который устранял врага, как умел, или тех, кому прибыль застила глаза? А может, и не этих шакалов, а лакавших отраву свиней, для которых Богом была реклама?
— Ярцефф! — возмутился Мэтхен. — Получается, мы сами и виноваты? А те, кто отраву сделал, как бы ни при чём? Да за что ты их ненавидишь-то так?
Но Ярцефф не остановился. Остановиться не позволили бессильная ярость — и запоздалый, никому уже не нужный стыд. Мэтхен никогда не слышал от него такой длинной речи, и послушать было, что.
— За что ненавижу? За то, дружище, что они стояли у краников, когда надо было драться за свою землю и своих детей! И за то, что они продали нас, своих потомков, за своё свинское счастье. Вот мой прапрадед. Он воздушно-десантной бригадой командовал, был такой подполковник Николай Ярцев. Он и другие офицеры могли взять, да и свергнуть вороватых ублюдков. Как в Турции, Венесуэле, других странах бывало! Нет — болтали по курилкам: то плохо, это плохо, жилья не дают и армию сокращают. А твои учёными были, микробиологами, так? Могли они противоядие разработать? Могли. Могли до прессы достучаться, книжки написать популярные, да хоть голодовку устроить? Могли. Нет же, за места свои боялись, у кого работа, у кого дети, а у кого квартира. И в итоге всего лишились, понимаешь? И работы, и детей, и квартиры. И страны впридачу. И будущего. То, что мы видели, начиная от Смоленска — последствие ИХ выбора. Понял? Их сознательного выбора. Они думали, что всё образуется, что ЭТИ наворуются вволю, и вдруг сразу резко перевоспитаются. На крайняк — уворованным поделятся, кинут какие-то объедки. А если нет — мол, на наш век хватит, страна богатая, а после нас хоть потоп. На их-то век и правда хватило, почти все умерли ещё в России, не в Резервации. Но детям они оставили всё это. Грязь, краники — и руины. Только руины… И — туристов-охотничков.
Капитан дёрнул головой, будто отгоняя навязчивые видения, Отшельник устало склонил голову, розовые отблески расплескались по стенам. Переведя дух, Ярцефф продолжил:
— А тех, кто не пил зелье, и, значит, не мутировал, Там принимали с распростёртыми объятьями. Как противовес наводнившим Европу мусульманам. Ведь правильно же, Мэтхен? Ну, и я про то же. Именно они виноваты больше всех. Они ведь поняли, к чему всё идёт, оттого из Раши и побежали! Если бы они не уехали, а свои знания и таланты употребили на защиту страны, ничего этого бы не было. И эти выродки, что стирают нас с лица земли, сидели бы в своей Европе тише воды, ниже травы. Под прицелом наших ракет, а то и чего посуровее. Права пидоров бы отстаивали. И кошечек. Если бы… А они решили сбежать от проблем. И теперь всякие Комитеты расового контроля копаются в наших родословных, а наше русское происхождение — клеймо для нас и наших детей. Что ж, справедливо. Мы перестали нуждаться в своей стране, и избавились от неё, а теперь кто-то избавился от нас. Справедливо. Это только справедливо.