— Стась уже сказал про местные расклады, — рассудительно и на удивление без обычного мата начал тот. Похоже, он правда был неглуп. — В общем, так, мужики. Тут тьма тьмущая всяких машин. Мы думали, может, удастся выбраться, но они просто повсюду. Хорошо хоть, на дне бывшего залива собраться смогли. Автоматов мало, но что-то у каждого есть. Да, кстати, зовут меня — Хурсаг.
«Если мы застанем их врасплох, офицеры будут в исподнем выскакивать, — прикинул Мэтхен. — Сгодятся и арбалеты».
— Ножи ещё есть. Бойцов у нас тридцать пять. А вы сами, позвольте, чьи будете?
Интересный вопрос. Мэтхен и сам бы не отказался узнать, чьи.
— Группа капитана Ярцева, — сказал первое, что пришло в голову. — Отступаем с боями от границы. Сейчас тут, по нашим данным, собрались важные шишки из забарьерских…
— Одинаковцы-то? Ну да. И ещё какого-то урода из наших с собой привезли. В мэрии они все, ну, точно, там.
— А и где их офицеры живут, скажете? Ну, командиры, в смысле?
— Скажу. Но с условием. Возьмите наших с собой, на дело. У нас у всех тут кто-то погиб. Душа у всех огнём горит, за месть всё на свете отдать готовы. Лишними не будем. Мы тут каждую ухоронку знаем, и к корпусу, где их набольшие сидят, прямиком выведем. Сможете напасть на них сзади и порезать без шума.
Что ж, сорок лучше, чем одиннадцать.
— Хорошо, будет вам месть, — произнёс Мэтхен. — Тогда доведёте нас до корпуса и до мэрии. Если захватываем оружие — делим поровну. А после дела разбегаемся, и стараемся друг о друге забыть. Условия нормальные?
— Ага. Да чего там, по-божески. Вы готовы идти сейчас? Тогда, Стась, зови остальных. И пусть всё оружие берут. Повезёт — новых стволов добудем. А нет — и не понадобятся нам пушки.
Собрались новички быстро — но задержка стоила Мэтхену немалых нервов. Зато отряд вырос вчетверо, и у большей части бойцов было огнестрельное оружие. Увы, с автоматами тут было туго — всего пять старых-престарых милицейских АКСУ, с расстрелянными ещё в двадцатом веке стволами, с исцарапанными и почти лишёнными краски магазинами. Как эти монстры ещё стреляли, было загадкой. Ещё десяток щеголял с охотничьим гладкостволом — «Ижаками», «Сайгами», «Бекасами», у парочки имелись пистолеты.
Больше всего народа имело кустарные, зато калибром сантиметра в три, пищали. Толстые, чтобы не разнесло выстрелом, стволы, массивные приклады, заострённые на концах сошки, сами по себе — какое-никакое, а оружие ближнего боя. Но даже без сошек эти монстры весили все двенадцать килограмм, а уж отдача наверняка может повалить слона. Дюжине парней помоложе и паре девок не хватило и такого огнестрела — эти щеголяли самопальными арбалетами, сделанными столь же грубо и примитивно. Мэтхен заметил под ложем арбалетов какие-то чёрные коробки — похоже, кустарщина была самозарядной. Стреляли эти постиндустриальные монстры ржавыми железными болтами. По сути, кусками распиленных и заточенных напильником железных прутьев.
Автоматы имелись только у предводителя, Стася и трёх самых здоровых мужиков.
«Может, не стоит их брать? — мелькнуло в голове Мэтхена. — Обуза же!» Но стоило взглянуть в горящие ненавистью глаза, на примкнутые к пищалям и автоматам, даже к самострелам, острые железные прутья, неважную замену штыков — и он решился. В конце концов, взрослые все люди. Понимать должны, что к чему.
Речей и торжественных проводов на фронт не было. Тут остались только те, кто был готов на всё ради мести. Мэтхен указал в сторону базы и скомандовал:
— Пошли! — Хурсаг продублировал команду для своих, и вся толпа двинулась вперёд. Мэтхен недовольно оглядел воинство: такую орду с огнестрелом просто обязан проштурмовать любой боевой беспилотник, а разведывательный — сообщить на базу. И уж точно никаких шансов проскочить в свете прожекторов шоссе. — Хурсаг! Рассредоточиться бы! Идите не толпой, а цепочкой. И пушки свои зарядите, может, сразу стрелять придётся. Кстати, за забор можно попасть… скрытно?
— Можно! — усмехнулся Хурсаг. — Там через шоссе в старые времена был подземный ход. Он затоплен, но можно пронырнуть.
— А порох как же?
— А презики на что? — грубовато хохотнул Стась. — Когда-то их нам пачками с воздуха сбрасывали. Даже инструкцию писали, может, и по-нашенски. Только ведь всё равно никто читать не умеет. Гадали мы, гадали, зачем эти мешочки, да чем таким липким покрыты — девки их нюхать полюбили, вот дуры! А оказалось, в них порох можно носить! У нас пацаны даже бомбы туда прячут, во как!