– Утром отправишься туда, где тебе подкинули планшет. Погуляешь, осмотришься. Я дам тебе кое-что, положишь в тот же карман, в каком нашёл планшет. – Иллиан стоял, всё ещё держа Матиаша за плечо. Орнамент на термосе больно впивался в пальцы. Рисунок на карте привлёк его внимание, он казался дурным предзнаменованием, особенно после того, что рассказал Алонсо. – И на этот раз проследи, кто это заберёт. Будешь ходить туда регулярно. Скорее всего, будут ещё сообщения.
– У нас есть агент внедрения? – с надеждой спросил Матиаш. Расследование стопорилось, и его, как и всех прочих аколитов, это беспокоило. Внедрённый агент был их шансом сдвинуться с мёртвой точки.
– Не у нас и не агент. Можно сказать, добровольный помощник. – Иллиан убрал руку с плеча Матиаша. Алонсо уже не являлся агентом Инквизиции, но пока он оставался верен старым принципам и привычкам, его ещё можно было использовать.
– А ему можно доверять? – покачал крупной головой ветеран-штурмовик Марш. Он прошёл рядом с Иллианом множество боёв и потому имел право на такие вопросы.
– Нет, но сейчас это наш единственный источник ценной информации о руководителях бунта. Кроме того, кое-что из его слов уже получилось косвенное подтверждение. – Иллиан понимал, в каком напряжении находятся его люди.
Бледная Толпа была способна сокрушить жалкое сопротивление СПО в любой момент. В любой час дня или ночи дикая уродливая человеческая масса могла прорваться к шпилям, в районы города, принадлежащие аристократии. Именно здесь их безумие и ненависть должны были выплеснуться в полной мере. Сейчас, под действием лжи и чар колдунов и ересиархов, души ульевых отбросов стали полностью соответствовать их внешнему мерзостному облику.
Иллиан окинул взглядом своих подчинённых. Они ждали его приказов, готовые немедленно броситься исполнять любой, даже самый странный. И готовы были пойти за ним в бой, как ходили не раз, против любого врага. Но в этот раз им предстояла менее приятная работа.
– Остальные агенты. Вам надо продолжать наблюдение. Говорите с горожанами, продавцами, преступниками. Постарайтесь охватить как можно больше разных слоёв и направлений. – Иллиан прокручивал в голове доклады аколитов, отчёты о допросах и записи разговоров с гражданскими. Следовало всё проверить ещё раз. – Обратите особое внимание на настроения в городе, о чём люди думают, говорят, о чём умалчивают, кому и о чём молятся. Чем заняты, чем питаются, что покупают, как работают. Мне нужно знать всё. Омега-Три-Прайм обречён. Страх перед врагом, отчаянье, тупая покорность – это болезнь, которая заражает не тело, а душу. Необходимо выяснить, как глубоко эта болезнь проникла в горожан. Есть ли ещё чистые души, которые можно спасти. Мы должны быть уверены, что не принесём болезнь в другие миры.
Аколиты молча смотрели на инквизитора, переваривая отданный приказ. Они с самого начала знали, что город не спасти, что все здесь обречены, так или иначе. Их задачей было собрать информацию и оценить состояние горожан. Но прежде они старались не задумываться о том, зачем они всё это делают и что каждый день говорят со смертниками. Теперь же аколиты получили приказ собрать улики, чтобы инквизитор мог вынести приговор.
– Сефара. – Иллиан нашёл взглядом свою телохранительницу. – Завтра утром я отправлюсь к губернатору. Ты едешь со мной. И скажи Термию, чтобы подготовил челнок.
– Милорд, сейчас в городе небезопасно, – сказал Марш. – Шпили не исключение. Люди напуганы и многим не нравится, что вы прибыли на планету и ничего, по их мнению, не делаете. Они уверены, что вы должны заниматься их эвакуацией.
– Благодарю за предупреждение, Марш. Я тоже не думаю, что они не посмеют. Поэтому беру с собой Сефару. Этого остаточно. Технопровидец позаботится о том, чтобы атмосферный челнок смог при необходимости пережить небольшой взрыв. – Иллиан сложил руки на груди. Слова Марша лишь подтвердили уверенность инквизитора в том, что спасать на планете некого. – Сефара, подготовь безопасный маршрут.
– Слушаюсь! – Сложила руки в знак аквилы Сефара.
С одной стороны, она должна была радоваться тому, что Иллиан решил не игнорировать приглашение. С другой, женщина понимала, каким рискованным был этот выезд. Сбежать из этого кошмара хотели не только богачи и аристократы, но и сам губернатор. Он мог попытаться заставить инквизитора взять его с собой. Тогда её одной могло не хватить для защиты Фар'рэна.
Иллиан кивнул и вышел из комнаты. Он направился к логису Верению, обретавшемуся в одном из самых отдалённых покоев. Техножрец превратил его в настоящий лабиринт кабелей, когитаторов, ауспексов и прикрученных к рабочим столам сервиторов. Мало кто решался зайти в эту механическую паутину и потревожить её хозяина. Сам же Верений проводил большую часть времени среди самолично доработанных логических устройств и когитаторов, выполнявших в основном роль хранилищ данных. Подключившись через разъёмы напрямую к машинам, техножрец поглощал невообразимые объёмы информации, обрабатывал её в своём усовершенствованном мозгу и отправлял обратно для накопления и сохранения.