Раннее утро было наполнено дымом пожарищ и душным смогом, исторгаемым очистными сооружениями. В городе теперь всегда пахло гарью, даже фильтры и воздухозаборники, призванные очищать воздух вокруг шпилей, не справлялись. На нижних уровнях раньше воняло испражнениями многочисленных заводов и фабрик, но теперь они не работали. Жители шпилей старались лишний раз не выходить из дома, чтобы не дышать пеплом горящего города. Они морщились и прикрывали лица надушенными платками, упорно не желая понимать, что это вовсе не временное неудобство и не проявление некомпетентности технопровидцев, призванных следить за исправностью очистных сооружений. Смертельная опасность сделала людей глухими и слепыми.
Иллиан поднялся на верхнюю площадку шпиля, часть этажей которого занимал. Рокрит под его ногами был покрыт тонким слоем пепла, поднимавшегося в воздух при каждом шаге. Инквизитор закашлялся, прикрывая рот и нос рукой. Дышать было тяжело. Воздух, всегда спёртый в мирах-ульях, пах отчаяньем и обречённостью, сгоревшими телами и пролитой кровью. Иллиан торопливо подошёл к приготовленному транспорту. Рядом с бронированным атмосферным челноком стоял Термий, его технопровидец в тёмно-красной короткой мантии с зубчатым кантом на рукавах и капюшоне. Механические ноги, увитые шлангами и щерящиеся разъёмами, тускло поблёскивали в мутной дымке утра.
– Милорд, всё готово. – Для техножреца Термий был ещё очень молод и потому позволял себе проявлять эмоции. Сейчас его бескровные, всё ещё живые губы растягивались в неровной улыбке. Он явно гордился своей работой. – Броня выдержит попадание из любого оружия, которое допустимо к владению частными лицами. Машинный дух отдохнул и умилостивлен. Всё системы проверены.
– Благодарю, – кивнул Иллиан, подходя к челноку.
Конечно, у аристократов могло оказаться оружие, не допустимое к владению частными лицами, но вряд ли какая-либо броня способна была защитить от прямого попадания из чего-то подобного. К тому же, Термий всегда относился к системам безопасности с трепетом и увеличивал защиту насколько возможно. Технопровидец часто ходил на боевые задания вместе со штурмовой группой, неплохо умел драться и мог произвести мелкий ремонт под пулями. Иллиан ценил Термия, несмотря на то, что логис Верений относился к младшему коллеге с пренебрежением.
Сефара уже ждала его внутри. На женщине был полный комплект брони штурмовика, начищенный до блеска, с затянутыми ремешками и идеально подогнанными деталями. Иллиан сел напротив неё и недовольно поморщился. Термий всё-таки уменьшил внутреннее пространство пассажирского отсека челнока ради установки новых стабилизаторов, амортизаторов и активной брони.
– Вам стоило бы взять в свиту одну из сестёр Фамулос, если вы так не любите общаться со знатью, – с лёгкой насмешкой сказала Сефара.
– Подпустить к себе одну из этих хитрых и пронырливых интриганок? – Иллиан поморщился, представив, как тощая высокомерная девица будет рыться в его переписке и вещах. Ему было, что скрывать не только от собственного Ордоса. – Кто знает, для кого она будет шпионить?
Эту тему Сефара поднимала при каждом удобном случае. Иллиан Фар'рэн пользовался лишь своей небольшой свитой преданных лично ему людей, хотя Адепта Сороритас не отказали бы им в помощи. Более того, порой она была им нужна. Иллиану приходилось проводить ночи без сна, составляя план финальной боевой операции так, чтобы справиться своими силами и с минимальными потерями. Всего один запрос в ближайший монастырь, и такие сложности были бы не нужны. Сефара порой ловила себя на мысли о том, что же скрывает инквизитор и почему так сторонится Сороритас, да и любого другого постороннего вмешательства в свои дела. Ничего еретического или чересчур радикального она за ним не замечала. Всё в пределах допустимого, да и не будут же Сёстры Битвы лезть в его личные вещи или читать зашифрованную переписку?
Иллиан дремал, скрестив руки и опустив голову на грудь. Всю ночь он провёл, изучая обширное досье Алонсо Гарэда. Инквизиция зорко следила за собственными представителями, ибо тот, кто касался ереси и скверны ежедневно, мог поддаться ей со временем, как бы ни был силён его дух. Враги Империума были многочисленны и коварны, а защитники – слишком разрозненны и недоверчивы.