« – Я ухожу. Знаю, что на орбите висят корабли. Но я ухожу. Он знает путь и уведёт за собой тех, кого захочет. Тех, кто сможет начать всё заново в новом месте. Этот мир – лишь начало. Ты и без меня это знаешь. – Алонсо казался умиротворённым. В нём больше не чувствовалось внутренней борьбы, он примирился с собственным падением. Для Империума он действительно был мёртв. – Я не могу остаться и умереть физически. Я встретил здесь женщину. Она ведьма, псайкер-мутант. Тебе это кажется отвратительным извращением, я знаю. Но я никогда не встречал никого чище, светлее и мудрее. Она самая прекрасная, самая лучшая. Аша без меня не справится. Она не может ходить из-за деформации стоп. Я унесу её отсюда. Поэтому я не могу остаться. – Алонсо улыбался, и в его улыбке было тепло и беззаветная любовь. Ради этой любви он отрёкся от всего, чему был предан. Ради неё и своей новой еретической веры. – К тому же, я хочу знать, что это за путь. Даже сейчас мне любопытно. Он знает, как спасти нас с планеты. Путь начинается где-то очень глубоко, в тех шахтах, куда даже мутанты спускаются очень редко. Там находятся естественные полости, на которые рудокопы наткнулись несколько веков назад. Их почти не исследовали. В них нет ничего, кроме пустой породы, а обрушения случаются слишком часто. Только вот, думаю, никакие они не естественные. Мы уйдём туда. Я знаю, Он не врёт, выход там есть. Какой-то древний путь, оставленный ксеносами для себя. Не знаю уж, как Он о нём узнал. – Алонсо произнёс «Он» с таким же благоговением, с каким раньше обращался лишь к Божественному Императору в своих молитвах. – Это последнее, что я хотел сказать. Слепец не погибнет на этой планете. Он ещё объявится. И тогда я буду сражаться на его стороне. Для меня перестанет существовать что-либо, кроме его воли, его слова. Я знаю это. Его воле противиться нельзя. Помни об этом, если решишь начать на него охоту. Прощай, мой собрат. Будь благословен».