Бесценная информация могла обернуться нешуточными проблемами. Иллиан уже хотел вызвать Сефару, чтобы отдать распоряжения по поводу готовности к срочной эвакуации, когда почувствовал, что не может дышать. Лёгкие мгновенно охватил пожар раздирающей боли, он согнулся, держась рукой за стол. Второй рукой инквизитор сжимал горло, разрываемое судорожным кашлем.
Приступ длился всего несколько минут, когда он закончился, Иллиан обессилено упал в кресло и закрыл глаза. Под веками вспыхивали яркие цветные круги, лёгкие всё ещё горели, но боль постепенно уходила. Такое случалось время от времени – последствие весьма неудачной миссии на одной малопригодной для жизни планете. Иллиан порадовался тому, что сейчас хотя бы был в своём кабинете один. Почти один.
– Иногда логика изменяет даже тебе. – В ровном, монотонном голосе Верения не было и тени эмоций. Он предложил однажды Иллиану заменить больные лёгкие аугментическими. Инквизитор отказался, с тех пор после каждого приступа логис упрекал его в отсутствии здравомыслия.
– Моё почтение, логис. – Иллиан открыл глаза и посмотрел на Верения. Техножрец стоял посреди комнаты и казался старым пыльным механизмом, забытым в зале заброшенного завода. Он почти не шевелился, лишь под серой робой безостановочно шевелились манипуляторы и шестерни.
– Твоё почтение – плата за сбои моего поведения и логики, – отозвался Верений. Порой он уходил в странную философию, сдобренную машинными терминами. Логис годами изучал и анализировал образ мыслей людей, проводя свои исследования в пыточных Иканари. – Изекия проверил планшет. После чего я проверил планшет. Ловушек не обнаружено, программ слежения не обнаружено. Влияния колдовства не обнаружено.
– Выводы? – Иллиан знал, что если не остановить Верения, он будет перечислять все тесты, которые провёл. Когда логис бывал не в духе, он становился слишком дотошен. А сейчас он явно был не в духе.
– Выводы. Это обычный дешёвый инфопланшет. Содержит зашифрованные данные. – Логис не торопился делиться информацией. Иллиан терпеливо ждал, пока техножрец скажет самое важное. Он чувствовал, что тот что-то приберёг для него. Шевеление манипуляторов под робой ускорилось и стало более бессистемным. – Расшифровка слишком проста, я не стал тратить на неё время.
– Знакомые шифровальные коды? – Заинтересованно посмотрел на техножреца Иллиан. Он всё ещё сидел в кресле, стараясь лишний раз не шевелиться. Приступ мог повториться, а ему этого совсем не хотелось.
– Стандартные коды Инквизиции. – Верений одним длинным плавным движением пересёк комнату и замер перед столом, за которым сидел Иллиан. – Твоего Ордоса.
Иллиан молча протянул руку, требуя вернуть ему планшет. Верений выудил его из недр своего балахона и опустил на открытую ладонь инквизитора. Его многочисленные окуляры, казалось, смотрели в разные стороны, но внимание было сконцентрировано на Иллиане. Это было голодное, бесчувственное внимание исследователя, изучающего любопытное насекомое или редкое растение. Почти оскорбительное, но всё ещё терпимое. Иллиан взял планшет и в упор посмотрел на вытянутый металлический череп, заменявший Верению лицо.
– Благодарю, логис, – холодно улыбнулся Иллиан.
Массивное тело техножреца наклонилось вперёд. Тонкие манипуляторы, появившиеся из прорех в его робе, протянулись к инквизитору. Логис проводил исследование, и его ни мало не смущало то, что объектом на этот раз являлся его начальник. Иллиан с трудом сдержал отвращение, когда тонкие провода обвили его запястья. Он продолжал смотреть в россыпь алых окуляров на жутком псевдо-лице техножреца. Верхняя половина металлической маски Верения была почти человеческой – скуластый череп с широким лбом и без глазниц. Вместо глаз – множество выпуклых красных полусфер, беспрестанно вращающихся в своих гнёздах. Нижняя половина – сильно вытянутая и невероятно узкая – лишь отдалённо напоминала человеческий рот, разверстый в вечном крике. В это подобие рта были вставлены две такие же узкие и длинные вокс-решётки.