- Я же предупреждала, чтобы ты не вставала на пути. - улыбнулась Элисон. - Лучше бы тебе было умереть тогда, в лесу. Тихая и мирная смерть от внезапно понесшей лошади.
- Ты его обманула. Думаешь он пожалеет тебя когда узнает?
- Обманщица здесь только ты.
- Ведите ее во двор замка! - отрывисто приказала Эмили, а я только сейчас поняла, что мы не одни. Из-за ее спины шагнули двое крепких мужчин.
И даже получается выдавить довольно искреннюю приободряющую улыбку, когда вижу, как по Сибиллиным щекам катятся слёзы.
А я даже не сопротивляюсь. Расправляю плечи и горделиво вздёргиваю подбородок, я правда считаю себя правой в собственном высказывании. И очень стараюсь держать спину ровно. И мне страшно. До жути. Шепотки слышались у нас за спиной.
Оборачиваться не обязательно, чтобы знать, кому принадлежат шаги за моей спиной. Эта гадина решила насладится моментом. Внутри всё пылает в злости и негодования. Она же ведет себя нахально и самодовольно. Поразмыслив немного, я решила ненадолго смириться с происходящим. Все равно толку качать права нет.
Все мысли, с которыми собиралась прежде, словно испарились, оставляя после себя лишь пустоту, которая сейчас буквально выжигает меня изнутри.
Так холодно и одиноко я не чувствовала себя прежде никогда.
Когда меня привели на задний двор замка, там собралась небольшая толпа.
- И вам всем ещё отольётся всё то, что я переживу. Закон бумеранга. - произнесла я перед наказанием.
В середине площади стоял высокий столб, к которому меня и подвели.
Так и стою, стараясь не поддаваться той панике, которая всё ещё живёт во мне. Им не просто наплевать, кто она такая, а именно её происхождение и есть самая главная причина, почему с ней так обращаются. Её пытаются сломать.
- Ты пожалеешь об этом, - прошипела королева.
Король медленно повернулся к ней. Красивая, и от того еще более презираемая. Не боится.
- Запомни раз и навсегда - я никогда и ни о чем в этой жизни не жалею.
Заставив меня обхватить столб руками, один из моих палачей связал мои запястья, а другой рванул ночнушку. Я оказалась обнажена до пояса, в толпе возмущенно что-то выкрикивали. Элисон то и дело порывалась проверить, достаточно ли туги узлы, но сразу отступила, когда услышал тихое угрожающее рычание моего мужа.
- Ее величество обвиняется в убийстве будущего ребенка и возможного наследника! - раздался вдруг громкий голос короля. - Наказание десять плетей! Пусть ваша кровь послужит искуплением, а шрамы - напоминанием.
Я повернула голову и увидела, как он подходит ближе, а в руках у него красуется плеть. Щелкнула плеть, точно кто-то переломил сухую палку.
В горле у меня моментально пересохло.
- Ты наказываешь меня за то, что я помешала твоей любовнице! - громко сказала я. - А знаешь, что? Иди ты к чёрту!
Все замолчали удивленно переглядываясь.
- Молчать!
- Не указывай мне! Ты мне никто!
Он замахнулся и плеть обожгла мою спину, разрывая плоть.
Я дернулась и больно прикусила губу, чтобы с моих губ не сорвалось ни звука.
- Ты все равно закричишь, - прокричала Элисон с кровожадной улыбкой на лице.
Слабый стон все же сорвался с моих губ. Боль была такой сильной, что мне захотелось взвыть, на глазах выступили слезы, ослабевшие колени подогнулись, и я начала сползать по столбу.
Обжигающая волна рассекла мускулы, проехалась по лопаткам и ввинтилась до самых костей, раздирая меня, выворачивая жилы.
Кажется, я кричала - но не слышала своего крика. Вокруг была только оглушающая тишина и боль.
Слезы застилали глаза, катились по щекам, не желая останавливаться. Как же мне больно!
Я не смогу, я не вынесу, не надо!..
Не надо…
Пятый удар я почти не ощутила.
Но на что я надеялась?! Что он пожаеет? Сама во всем виновата. Я чувствовала себя униженной, разбитой, оскорбленной, проклинала себя за глупость. Кажется, ноги подгибались от нервного перенапряжения.
И зачем меня опять привели в чувство? Кто-то дернул меня за руку, поднимая на ноги. Стоять было так тяжело. Стражник крепко держал меня, я фактически повисла на его руке. Боль разливалась по телу, норовя затопить сознание.
- Живая.
Он отвернулся, чтобы не видеть ее.
- Следить, чтоб не сдохла. Головой за нее отвечаете. - сказал он и ушел.
- Не отключайтесь, Ваше величество, уже все… все закончилось… Это не ваша вина! Вас осудили несправедливо.
- Это кто вам такое сказал?
- Мы и так знаем.
Когда до входа в комнату оставалось какие-то два метра низ живота потянуло. Чуть не задохнувшись от нахлынувшей боли, мысленно застонала. Нет, ну почему именно сейчас! Скрючившись, хватая воздух ртом, оглянулась в поисках места, куда можно было бы приткнуться, чтобы не упасть. Но было поздно.