Да придет же сюда кто-нибудь или нет!
Мужчина сделал шаг назад, но вдруг остановился и шагнул вперед, аккуратно держа в одной руке шприц, второй потянулся ко мне.
- Подержите девочку. Такое бывает... У некоторых с детства страх перед уколами остается.. - обратился он к бабульке, уже вцепившейся в меня словно клещ. И откуда у нее столько силы то?
- Расслабьтесь, милочка! Сейчас все закончится. Раз... и все... - врач вновь улыбнулся, но уже как-то нервно.
В коридоре послышались быстрые тяжелые шаги, чьи-то возгласы. доктор дернулся ко мне, пытаясь всадить иглу в плечо, я вывернулась из захвата бабки, недавно так нежно кормившей меня и выставила перед собой подушку и почти тут же разогнула ноги, упираясь пятками в навалившегося на меня человека, отбросила его назад.
Да здравствуют забеги по утрам до автофлая! Да здравствует общественный транспорт! Хоть какая-то от него польза...
'Доктор' тут же вскочил обратно, его глаза уже не улыбались, а с прищуром смотрели на меня, губы плотно сжаты, а сам...
Дверь резко распахнулась, ударившись о противоположную стену и пропуская пару человек в черных костюмах службы безопасности двоих мужчин в форме врачей.
- Что происходит? - голос одного из них грозно раздался в помещении, заставляя чувствовать себя маленькой и глупенькой.
- Ничего, молодые люди, совсем нечего... - 'доктор' успокаивающе улыбнулся, демонстрируя добрые намерения. - Просто девушка видимо сильно боится уколов...
Пренебрежительно кивнув в мою сторону, он сложил руки на груди, держа шприц с содержимом на безопасном расстоянии.
- Госпожа Катинка? - обратился охранник к бабульке, недовольно качающей головой.
- Все хорошо, милый, девочка действительно боится уколов. Ничего страшного, это больница милая.. Как без них? Никак... Вот сейчас господин врач сделает тебе укольчик, ты поспишь, расслабишься..
- Навечно? - мой голос звучал гулко, почти неслышно. - От КА1 засыпают навсегда!
Взгляды присутствующих остановились на докторе, судорожно сжимающем шприц.
- Милочка, ты бредишь! - пытаясь надавить на меня, мужчина приподнял бровь и добавил в голос металлических ноток. - Обычное снотворное! И успокоительное... тебе поможет.
- Нет... Я видела ампулу! Вон она лежит... маленькая такая... ну?
Охранник, стоящий ближе ко мне, потянулся к сумке доктора и вынул небрежно брошенную ампулу. Прочитав название, перевел потяжелевший взгляд на доктора.
- Надеюсь, обойдемся без сопротивлений?
Доктор сглотнул и, выставив шприц перед собой, стал медленно отступать к двери.
- Что у вас здесь происходит? Нельзя даже на обед спокойно сходить! - дверь вновь распахнулась, впуская рассерженного мужчину в голубом. - Больной нужен покой!
Рявкнул вошедший, и грозно осмотрел застывшие фигуры.
- Доктор Вартек? - прошептала бабулька, прижав руки к груди.
С пола послышался стон - один из охранников уверенно выкручивал руки уже не сопротивляющемуся мужчине.
- Покушение на убийство... А я то думал - приличная больница, ан нет... Надо требовать прибавки к жалованью! - бурчал охранник, надевая металлические браслеты на затихшего блондина.
Глава 8.
А симпатичный у меня потолок, высокий, белый, с голубыми разводами. Почти как облака, почти... И стены ничего так, симпатичные, голубые. И все такое голубое-голубое...даже постельное белье - нежно-синенькое. Где-то слышала, голубой успокаивает, настраивает на нужный лад, дает толчок к выздоровлению... Допустим, успокаивает меня не голубой, а укольчик господина Вартека.
Ворвавшись в палату и окинув грозным взором всех присутствующих, он быстренько раздал распоряжения, вытурил охранников с псевдо- доктором, выставил за дверь заламывающую руки Катинку, проверил мое давление и, ни слова ни говоря, вколол пять кубиков в мягкое место. Для спокойствия.
И вот лежу я, спокойно... и рассматриваю комнату. Симпатичненько, голубенько, стильненько... и наверняка эта прелесть сожрет все мои сбережения, ибо отдыхать в больницах такого уровня долго я себе позволить не могу...
Опять же шторы... никогда не видела в больничных комнатах таких штор - синенькие в цветочек. Все нежненько и по-домашнему...
И почему мне кажется, что скоро я буду ненавидеть этот милый цвет?
- Не спится?
Лениво повернув голову, заметила развалившегося в кресле мужчину. Лет двадцати-пяти - тридцати. Серые миндалевидные глаза, светлые волосы, надменное выражение узкого лица, кривая, презрительная улыбка на тонких губах и голос, кажется, я такой уже слышала? Вот только где? Не помню... Интересно , он тоже решил убить меня? А зачем медлит? Раз, и все! И моя бесполезная жизнь оборвется.