- О водосток поцарапалась. Когда из окна вылазила...
- Мда?
- Торопилась...
- А нога?
- Упала!
И ведь не соврала! Нигде! Торопилась, поцарапалась, упала... И честные, честные глаза!
Час спустя, потрепав мне нервы, капрал, так толком ничего и не выяснив, но усиленно хмуря брови и сверкая глазами, наконец-то ушел, за ним следом исчез и граф, оставив выпрошенный мною смарт и обещание заглянуть попозже.
Быстро набрав номер, я вглядывалась в экран, с замершим сердцем ожидая увидеть изображение матери. Ведь она интересовалась мной в последнее время, может ищет? Переживает?
Еще раз, еще... Черная пустота и механический голос, без эмоций повторяющий одну и ту же фразу:
- Вызываемый недоступен. Пожалуйста, воспользуйтесь услугами связи чуть позже...
Шерт! Закрыв глаза, вспомнила номер Бианки, пальцы сами потянулись к кнопкам , и остановились, чуть не нажав кнопочку 'отправить'.
Задумчиво поглядывая на яркие шторы, задала себе вопрос: а имею ли я право впутывать подругу в эту мутную историю? Я ведь до сих пор не знаю судьбу Мальи. Я не знаю, куда подевался граф Катери. Я не представляю, что случилось с девчонками после того аукциона. Я ничего не знаю. Особенно почему я оказывается пострадала 'на пожаре' и почему мной заинтересовалась Ее Величество, отрядив для поддержки меня любимой своего единственного сына и его наверняка не единственного секретаря.
Нажав сброс, кинула смарт на тумбочку. Я не могу! Я не буду... Я попробую справиться сама. Как обычно, как всегда... Или при помощи Де-Этери!
Хитро улыбнувшись, зажмурилась и постаралась заснуть. Может позже в голове
все же прояснится, и я посмотрю на ситуацию другими глазами? Все может быть.
Глава 9.
Где-то.
Взяв со столика газету, мужчина остановился взглядом на большой яркой фотографии, привлекающей внимание, и броском заголовке над ней - 'Загадочный пожар'. Просмотрев текст за пару секунд, он хмыкнул и потянулся к смарту.
Пальцы набрали знакомый номер, привычно скрыли исходящее изображение и нажали 'принять'.
- Да?
- Последний номер 'Вестника Эротены' доставить по адресу... - продиктовав адрес дорогой частной клиники, неизвестный добавил, - сегодня же. Не привлекая внимания.
- Слушаюсь...
Собеседник попрощался и услышал отбой. Мужчина же, бросив смарт на столик, лениво перевел взгляд в окно.
Все идет по плану. По его плану.
Амире.
Неожиданно проснувшись, вслушалась в утреннюю тишину. Легкие шаги, слышимое на грани чужое дыхание, шорох бумаги, скрип, тишина.
Рука сама потянулась к кнопке вызова, кровь зашумела в ушах, мешая сосредоточиться, мешая думать, заставляя бояться. Неужели опять? С того странного покушения прошло четыре дня. Странное и несуразное, может служба безопасности и узнала причину, но меня то в известность не поставила, и вот опять! Кто-то чужой был в комнате! Этот чужой вполне мог убить меня раз десять, и никто бы ничего не узнал.
Сглотнув, поежилась и распахнула глаза, всматриваясь в сероватую мглу. На одном из кресел что-то белело. Какая-то вещь, свернутая в трубочку.
Боясь пошевелиться, я смотрела на нее минут пять и все -же решившись, с трудом поднялась и похромала до кресла, одним глазам косясь на красную тревожную кнопку. На всякий случай!
Шерт! Газета?
Быстро оглянувшись и не найдя больше ничего подозрительного, аккуратно взяла бумажные листы и, расправив, уставилась на яркую картинку, сразу приковывающую к себе внимание.
Когда-то белые стены высокого трехэтажного особняка покрылись жирным черным налетом, совсем недавно чистые окна с прозрачным стеклом слепо смотрят потемневшими пустыми глазницами. Стоявшие рядом голые деревья уже не украшают сад и не прячут в своей тени сбежавших девчонок. Безумный художник щедро облил белоснежный дом черной краской, скрывая все следы прошлых и будущих преступлений, погубленные жизни и зачеркнутые мечты.
Сжав газету побелевшими пальцами, я с каким-то радостным ужасом всматривалась в знакомые оШертания дома, в котором чуть не убила человека. Надеюсь, не убила! Я не хочу тянуть за собой нить смерти, пусть даже этот человек попытался забрать единственное что было у меня - МЕНЯ.
Быстро пробегая глазами по расплывающимся строчкам, сопоставляла в уме данные и факты. Когда это было? В тот день или позже? Когда? Когда я сбежала, оставляя за собой алые следы, или позже, когда убегала по изрытой равнине, стремясь к далекому лесу? Когда дрожала перед оскаленными зубастыми тварями, лавиной несущимися на меня, или когда я лежала в беспамятстве тут, окруженная заботой и уходом. Когда?