Я задыхалась и хрипела, чувствуя невыносимый жар. Чьи-то нежные руки гладили мое тело, даря облегчение. Но я знала, что это не мама, так как она была очень далеко и не могла знать, что ее дочери плохо. В меня постоянно вливали горячий бульон и сладкий горячий чай с малиной, между моими постоянными провалами в памяти.
Не знаю, сколько прошло времени. Но почувствовав себя лучше, я смогла понять, что моя сиделка сильная женщина, которая могла легко переворачивать меня как куклу. Шершавые, мозолистые ладони натирали мое измученное и горячее тело, и дарили мне несравненное удовольствие, и было чертовски приятно. Я нежилась в пленительной неге, пока не распахнула глаза, и непроизвольно попыталась отдалиться от моего первого мужчины, которого никак не ожидала увидеть. А опустив взгляд на свое обнаженное тело, я попятилась от него еще подальше, но он прорычал и, схватив за талию, вернул на прежнее место, только еще нависая надо мной, и я, не к месту, вспомнила свой первый раз и разозлилась на него. Попыталась пнуть его ногой, но он успел ее перехватить, и я в итоге еще больше оказалась зажатой к мужчине и, чувствуя его руку на внутренней стороне бедра, которая почти касалась моего лона, по коже прошли неприятные мурашки страха и я замерла.
Алексей смотрел в большие карие глаза девушки и не мог наглядеться на нее. Всю неделю он просидел около нее. Изучил ее маленькое, стройное тело с розовыми крохотными сосочками и налитой грудью третьего размера, вмещавшуюся в его ладонь. А утонув в черноте ее глаз, он понял, что влюбился. И не отпустит ее от себя, даже если придется запереть в этой комнате.
-Не смотри на меня так плотоядно. Я не вкусная и вообще слезь с меня, мне тяжело дышать. – Услышал он хриплый недовольный голос незнакомки и насладился ее красивым глубоким тембром, который ласкал ему слух. Леша слез с нее и чтобы не искушала его своими соблазнительными формами, он укрыл ее одеялом и сел рядом на стул. – Где я? Хотя, неважно. Отдай мою одежду, и я навсегда забуду весь этот ужас.
Мужчина нахмурился, но промолчал, ожидая от любимой негодование и желание покинуть его по скорее, но все же он надеялся, что она будет менее резкой в выражениях.
-Первое, ты в доме моих родителей. И второе, пока ты еще слаба, то останешься какое-то время в этом доме. – Твердым голосом отрезал Леша.
-Еще чего! – Возмутилась я и, кряхтя, как старушка, села на постели, укуталась в одеяло, и оттолкнувшись ногами в пол, попыталась встать, но мужчина резко дернул еще слабую меня на себя, и я оказалась зажатой между ногами, которые, кстати, были обнажены и волосы щекотали мою нежную кожу на бедрах. И мне были приятны эти новые ощущения. Но напрягало то, что передо мной сидит мой мучитель и что я к нему не равнодушна.
-Как твое имя? – Прорычал он, убирая пламенные волосы упрямицы с лица, и обводя пальцем ее контур приоткрытых губ. И забывшись, углубил палец в ее рот и пожалел об этом, когда она острыми зубками больно прикусила его. – Ай! – Воскликнул Леша и, вынув палец, стал трясти его, чтобы облегчить боль.
-Будешь знать, что нельзя совать пальцы куда попало. Мама не учила этому? Хотя, о чем это я. Ты же не знаешь слова нельзя. Захотел, поимел, захотел вы…
-Замолчи. – Прорычал Алексей, устав от ее бесконечной болтовни, и зажав меня между своих сильных накаченных ног, он обхватил мою голову ладонью и прижался к губам поцелуем.
Почувствовав его язык у себя во рту, я стала вырываться, отходя от волнительных прикосновений нежных мужских губ, но он зарычал и углубил поцелуй, лишая меня сопротивления. Я отдалась во власть новым ощущениям и, понимая, что это мой первый поцелуй. Конфузная ситуация неправда ли? Первый поцелуй не у девственницы. Но, увы, я не одна такая несчастливая.
Прижавшись к рычащему мужчине, я с наслаждением и не умело ответила на поцелуй, и коснулась пальчиками к его коротким темным волосам на голове, которые приятно покалывали мою нежную кожу.
-Как твое имя, детка? – Опять услышала я вопрос, когда мужчина оторвался от моих губ. И уперся лбом в мой лоб, тяжело дыша и ожидая ответ.
-Леся. – Тихо прошептала я, опустив глазки и обращая внимание на его белые плавки, на которых натянулась ткань, от возбужденного члена и, покраснев, я отвела взгляд и смотрела куда угодно, но только не на мужчину.