- Бог с тобой, звони! - он протянул аппарат.
Первым делом я набрала Эдуардо:
- Солнышко, у тебя все в порядке?
На том конце услышала взволнованный голос дяди:
- Гвоздь, пиранью тебе в штаны, что ты, чёрт возьми, творишь?!
- Это я, Эп, Америка! - я рада была его слышать.
- Да я понял, ты как? Куда тебя это псих притащил? - Лис злился.
- Я в порядке, дети с тобой?
- Все ок, они у меня с Фабио, я их лично посажу в самолет! Он мне тоже все рассказал, ты,главное, держись и выживи мне там. Гвоздь тебя не обижает? - дядя негодовал.
- Нет, что ты, он меня спас! - выпалила я под пристальным взглядом итальянца.
- Ладно, держись этого бешеного, не пропадешь, а то твой муженёк тут затеял заворушку.
- Анхель? - я переспросила. - Ты знаешь, где он и что с ним?
- Ам, а у тебя был другой муж? Ну Волк в овечьей шкуре не в счёт, матерь Божья, я как узнал чуть не скопытился, ты знала?
- Что именно? - я не поняла.
- Что El Lobo - легавый! - сказал с нажимом Эп.
- Удивленна, как и ты, так что там с моим ммм… мужем?
- Не знаю, знаю, что была перестрелка, - Лис умолк.
- Так береги себя и позаботься о детях, Эпифанио. Я вас люблю. - я нажала "Отбой".
Потом набрала Анхеля. Абонент вне зоны … Что за эрунда?! Я несколько раз повторила свою попытку безрезультатно.
Опустила руки и села на кровать. Я не знаю, что с ним и как быть дальше… чтобы не вызывать гнев Чезаре набрала быструю смс Хорхе: "Я жива, узнай, что с Анхелем и позвони на этот номер, срочно и пожалуйста!"
- Дурные вести? - свет свечи играл на уверенном лице мужчины.
- Никаких вестей - вздохнула я.
- Ложись спать, принцесса, я понимаю, что ты сейчас на адреналине, но организму нужен отдых.
- Не могу. - я упёрлась руками в матрас.
- Тебя насильно уложить? - он сел рядом. - А то я ж могу!
- Давай только без рук! Я не приняла твое предложение и замужем - я свернулась калачиком, а итальянец укрыл меня простынью.
- Поспи, моя красавица, - он погладил меня по спине.
Я прикинулась, что сплю, сон просто не шел, я волновалась, что же с моим любимым.
- Чезаре, узнай пожалуйста, что с моим мужем, прошу тебя! - я проговорила в темноту и поняла, что сейчас в комнате абсолютно одна.
Быстро встала и осмотрелась. Точно пусто. Я прошла на ощупь в ванную и умылась холодной водой и только хотела поднять голову. Как весь мир поплыл перед моими глазами и последняя вспышка света погасла. Жёсткий удар пришелся прямо по моему затылку и я провалилась в ещё большую неизвестность.
13. Когда звучит реквием
Мне с трудом удалось открыть глаза, сознание понемногу возвращалось, а я не могла ни вдохнуть, ни выдохнуть. Где я? Что со мной? Глаза немного привыкли к темноте и я поняла, что в каком-то ящике, а мои руки затекли, скованные наручниками сзади.
Я сразу же вспомнила тот страшный сон после пожара, ощущение было такое же… Анхель! Жив ли он? И где Гвоздь?
Попыталась закричать, но поняла, что голосовые связки меня не слушаются и я не могу двигаться, ощущаю и ноги, и руки, но, Господи, не могу пошевелиться. И не из-за тесного ящика, а просто не могу, совсем…
Все, что могу сейчас - мысленно разговаривать сама с собой, как уже настоящая сумасшедшая. А может это сон такой странный? Но мне себя не ущипнуть, чтоб проснуться. Не под силу. Глаза же я могу открывать и закрывать! Могу же! Видимо, если меня парализовало, то от шеи. И я попробовала повернуть немного голову, безуспешно.
Ящик пах деревом и пылью, и был оббит чем-то мягким, плюшем что ли.
И тут мой мозг пронзила страшная догадка - я в гробу. Но видимо ещё не закопали, поскольку я ещё жива и не умерла от удушья.
Я быстро захлопала глазами от страха. Вот тебе и все! Сон - в руку! Наверное, у многих есть такой страх быть похороненными заживо. Но у меня его никогда не было… и так все глупо! Правильно говорят, что в такие моменты вся жизнь проносится перед глазами: я вспомнила все - от первой улыбки мамы, до теплых рук папы и голоса сестры, смех племянников и рассказы дяди, влюбленные синие глаза Анхеля и насмешливую улыбку Рика, легкие прикосновения Чезаре и шутки Хорхе. Сейчас я вспоминала всех, с кем меня сталкивала судьба хоть единожды. Я подумала о Рине, моей хорошей девочке. Я больше никогда не увижу всех этих дорогих мне людей? Этого не может быть!
Понемногу я стала чувствовать тепло в ногах и ко мне вернулась способность минимально двигаться. Я очень медленно начала ворочаться со стороны в сторону, но руки же все равно скованы, а потом я попробовала издавать жалобный писк, сейчас мои голосовые связки были способны только на это.
И тут услышала голоса.
- Ещё жив? Да ты издеваешься, Гвидо! Вы что с этим латиносом управиться не можете, какие вы, к дьяволу, солдаты! Андо, что это за странный звук? - неаполитанский диалект говорившего был мне, к сожалению, хорошо знаком.