— Ты зайдешь со мной? — спрашивает она.
Я бьюсь головой о подголовник.
— Нет. И перестань меня уже об этом спрашивать.
Она снова начинает грызть ногти.
— Ладно.
— Я могу подождать пару часов, но потом мне нужно будет уехать.
Люси облизывает губы, и я могу поклясться, она собирается заплакать. Я смягчаю тон.
— Слушай, для меня это тоже тяжело. Ты уверена, что хочешь этого?
— Да. — Ее голос звучит тихо, но решительно.
Я говорил с Фэй, чтобы убедиться, что она действительно хочет, чтобы Люси навестила ее. Она старалась завязать разговор, но я свел общение к минимуму. Все по делу: подтвердил ее адрес и время встречи. Пока Фэй объясняла мне детали, в ее дрожащем голосе отчетливо слышался ланкастерский акцент.
После последних нескольких лет борьбы с Люси и ее расстройством, мне легко удается скрывать недовольство и притворяться, что это не моя реальность. Однако намного проще делать это рядом с Несс в Лидсе. Но сидя здесь и глядя на зеленую дверь Фэй, я чувствую, как эмоции просачиваются сквозь барьеры.
Дыхание Люси сводится к коротким рывкам, и я кладу на нее руку.
— Это точно хорошая идея? Мы можем уехать.
— Нет. Я должна сделать это. Увидеть ее.
Справится ли она? Тут же мне в голову приходит мысль о том, что идея Люси может расстроить ее, заставить выйти из себя или напасть на эту женщину, но я знаю, что Люси не сделает этого. Такое помогло бы только мне. Худшее, что может случиться — это, если Люси решит воссоединить семью, что, по мне, едва ли возможно.
— Ладно. — Люси втягивает воздух и целует меня в щеку. — Скоро увидимся.
Я наблюдаю за тем, как Люси идет по растрескавшейся бетонной дорожке и стучит в дверь. Фэй ждала, потому что дверь открылась незамедлительно. Люси загораживает дверной проем, и я перевожу взгляд на свои руки, не позволяя себе посмотреть на женщину в проеме. Когда я смотрю туда снова, дверь уже закрыта.
Я смотрю прямо перед собой, сердце стучит, кровь отливает от головы, вызывая головокружение. Может, мне тоже стоит пойти туда и посмотреть на Фэй. Нет. Я достаю из сумки учебник и пытаюсь сосредоточиться на словах. Два часа. Куча времени для того, чтобы закончить домашнюю работу.
ГЛАВА 8
НЕСС
Вчера, через несколько часов после фальшивого приступа гастрита, Эван уехал к Люси. По тому, как он колебался, я поняла — он знает, что я все еще зла из-за сегодняшнего вечера. Все это неправильно. Я не могу отделаться от мысли, что происходит нечто, о чем он мне не говорит. Отстранение Эвана беспокоит меня; с недавних пор он избегает разговоров о чем-то, и так изо дня в день. Он снова отгораживается от меня. Прячется от чего-то. Когда Эван вернется, нам нужно будет поговорить об этом. Потребность видеть Люси — это прекрасно, но я не собираюсь возвращаться на путь, где секреты разрушают то, что есть между нами.
Сегодня от него ни слуху ни духу, и я догадываюсь почему — вечером вечеринка в мед сообществе. Я знаю, что после той нашей ссоры за обедом из-за того, что он не сможет пойти со мной, он избегает общения. Мы много недель планировали пойти вместе — повеселиться и сбежать из реального мира на один вечер. Вечеринка должна была показать ему, как я хочу, чтобы он влился в компанию моих друзей, и что его подозрения насчет Олли беспочвенны.
Когда я узнала, что Эван не пойдет, постаралась и сама отмазаться от похода. Но Эбби уговорила меня. Она была приглашенным гостем Джареда, и хотела, чтобы я поддержала ее в обществе пугающих студентов медиков. Как же, будто нужна я ей. Она бросит меня уже через десять минут.
Я решаю купить новые туфли к платью — процесс болезненный, так как я ненавижу покупку обуви, — но шпилек у меня нет, а платье, которое я надену будет глупо смотреться с балетками. Когда я прихожу домой, обнаруживаю Эбби под пледом в окружении использованных салфеток. Она хрипло здоровается со мной.
— Ты не могла заболеть! — протестую я.
Бледные щеки Эбби и покрасневший нос сообщают, что этим вечером она никуда не пойдет.
— Я и сама не хочу; я так ждала сегодняшний вечер.
А вот я теперь нет.
Знаю, это не ее вина, но сегодняшний выход — совершенно не мой формат, так что я рассчитывала на нее после того, как Эван меня бросил.
— Но ведь я все еще могу слиться и не ходить, — говорю себе я.
— Не дури! Ты уже потратила деньги на билет и одежду. И я жажду, увидеть тебя в них. — Эбби указывает на коробку. — Переодевайся! Живо! Будь Несс — счастьем, а не Несс — занудой.