— Отвали от меня! — кричу я, снова становясь Несс сегодняшней. Я отталкиваю его, отворачивая свое лицо.
Он пьян, его руки шарят по моему телу и, когда его рот приближается к моему, я впиваюсь зубами в его губу. От неожиданности, парень резко отводит голову назад, хватаясь за рот. Алкоголь в его организме, должно быть, игнорирует тот факт, что губа его кровоточит, так как он не отступает.
— Любишь пожестче? — шепчет он мне на ухо, отодвигая в сторону верх моего платья.
Не могу поверить, что это происходит. На публике. И никто не замечает этого — или всем плевать. Неужели они не видят? Собрав последние силы, я толкаю его в грудь так сильно, как только могу. Он отшатывается назад, порвав лямку на моем платье.
— Я сказала, отъебись от меня нахрен!
— Несс? Какого черта? — спрашивает голос позади меня.
Парень резко разворачивается на месте и прислоняется к стене рядом со мной. Рукой он обвивает меня за талию. Я впиваюсь в нее ногтями, но он не уходит.
— Свали в туман, пацан, — говорит он.
Олли.
— Несс? — Его глаза округляются, заметив порванное платье.
Почти плача, я указываю на него головой:
— Убери его!
Олли хватает парня за футболку и отдергивает от меня с такой силой, что тот падает на диван.
— Не думаю, что она хочет этого.
— Разве? — Он переводит на меня пьяный взгляд.
Я отказываюсь встречаться с ним глазами.
— Олли, я хочу домой.
— Хорош бойфренд, ничего не скажешь, а? — отвечает парень. — Оставил тебя здесь одну, а сам тусовался со своими приятелями.
— Да, но теперь-то я здесь. Так что отъебись. — Выпрямляется Олли, принимая угрожающий вид. Он на несколько дюймов выше неряхи-парня и крепче телосложением.
— Пошел вон. Сейчас же. Пока я не надрал тебе задницу!
— Ладно, — бормочет тот. Парень поднимает руки в жесте поражения и уходит, растворяясь в толпе. Я сползаю вниз по покрытой испариной стене, приземляясь на пол, и мое платье задирается до колен. В месте разрыва ткань сползает вниз, и я подтягиваю ее вверх, краснея, когда взгляд Олли перемещается на обнажившееся тело.
Олли приседает рядом.
— Ты в порядке?
Я прикусываю щеку изнутри, борясь с подступающей истерикой. Не хочу, чтобы он видел, что это вовсе не так.
— Я хочу домой. Вызовешь мне такси?
— Идем. — Он берет меня под руку и ставит на ноги. Я прижимаюсь к его груди, радуясь поддержке. Физической и не только.
— Просто вызови такси, — бормочу я.
— Я довезу тебя до дома. Ну ты даешь, Несс…
— Я не хотела, чтобы он делал это! — воплю я, отталкивая его.
— Я о том, сколько ты выпила. А не о подонке, который тебя лапал.
Его странное спокойствие умиротворяет меня. Олли подхватывает мои туфли, и ведет через толпу, затем вниз по ступенькам; и все это время я не выпускаю его руку. Уличный зимний воздух слегка отрезвляет меня, и я плюхаюсь на край тротуара, уронив голову на руки. Я не одинока, еще несколько девушек шатаются вокруг или сидят возле меня. Я упираюсь ладонями в бетонную дорожку и стараюсь не блевануть, игнорируя то, как ходит ходуном земля.
Голоса позади смешались, и я улавливаю обрывки фраз.
— Значит, ты не вернешься со мной назад? — раздается женский голос.
— Нет. Я должен проводить подругу домой, — говорит Олли кому-то. Той же девушке? Соне? Я бы повернулась и взглянула, но, если сделаю это, меня вырвет.
— Подругу?
— Да.
— Ну могу я по крайне мере рассчитывать на прощальный поцелуй? — Сомневаюсь, что она трезва, что, впрочем, выдает ее голос.
Я так и не поняла, поцеловал он ее или нет, только минуту спустя послышался звук удаляющихся каблуков, а Олли опустился возле меня на корточки.
— Ты как?
Не в силах более сдерживать рвоту, я вываливаю содержимое желудка на ботинки Олли и тротуар. Я издаю стон, и к своему удивлению, понимаю, что он смеется надо мной.
— Ты открываешься мне с новой стороны, Несс. Ты никогда не станешь истинным медиком, если не научишься сдерживать то, что выпила.
Я игнорирую его и опускаю голову обратно на колени, желая вымыть изо рта горьковатый привкус. А также воспоминания о том парне из головы. На дороге передо мной возникают колеса машины и минуту спустя, Олли уже помогает мне забраться внутрь. Запах освежителя скручивает желудок, и я затыкаю рот.
— Она не поедет, если ей плохо, — протестует водитель.