Я даже не подумал о том, что в доме может быть кто-то еще. Входная дверь распахивается, и я нос к носу сталкиваюсь с мальчиком. Ребенок с фотографии на стене в спальне Люси, только с короткими волосами. Желудок скручивает, и на меня обрушивается весь идиотизм моих действий.
— Ты кто? — требовательно спрашивает он, натянув кислую мину.
— Эван.
Он прищуривается.
— Ты не сможешь увидеть мою маму.
— Почему?
— Потому что мой папа тебя побьет.
Фэй отводит его подальше от двери, и я смотрю ему вслед.
— Не обращай внимания на Брэндона.
Брэндон. У меня есть сводный брат по имени Брэндон. Нет. Быть того не может.
На этот раз Фэй без макияжа, кожа у нее мертвенно-бледная, а под глазами залегли синяки. Колеблясь, она закатывает рукава кардигана.
— Чего ты хочешь? — спрашивает она.
Она выглядывает через дверь на улицу, затем закрывает ее. Руки у нее дрожат, изо рта снова пахнет алкоголем. Это не та гостеприимная женщина, что хотела-узнать-меня-получше. Это она настоящая.
— Это мой сводный брат? — спрашиваю я.
— Мне нужно идти. Чего ты хочешь?
На Брэндоне только майка и трусы. Сомневаюсь, что они собираются куда-то.
— Хочу, чтобы ты оставила Люси в покое.
Фэй проходит в маленькую гостиную. На стульях свалена одежда, пол усеян игрушками. В углу, по телевизору орет красочное детское шоу. Брэндон сидит перед ним на полу.
— Это она приехала повидать меня! Я ее не просила.
Я иду за ней.
— Значит, ты не хочешь, чтобы она была в твоей жизни?
— Нет. Или да. Я не знаю. Это трудно. — Фэй берет пачку сигарет со стола. Поджигает одну дрожащими пальцами, вздыхает и поворачивается обратно ко мне.
— Я бы не хотела, чтобы она делала это, но я рада, что сделала. И да, я знаю, ей не стоит общаться с нами.
— Именно это я ей и сказал. И ты тоже должна сказать ей об этом. Она не переживет, если ты сделаешь ей больно снова.
Глаза Фэй сталкиваются с моими, и я хочу отвернуться, но замечаю слезы. Как она смеет плакать после того, что сделала с нами?
Фэй смотрит на второго сына.
— Брэндон, оденься.
Она копошится на полу, находит сумку и пачку сигарет внутри.
— Если Люси снова позвонит, я попрошу ее не беспокоить нас. Хорошо?
Интересно, Фэй говорит это, чтобы я ушел?
— Ты точно сделаешь это?
Входная дверь хлопает, и кто-то входит в дом. Фэй замирает, в ожесточившихся чертах ее лица читается паника, я оборачиваюсь. Парень примерно моего роста, только коренастее и старше, смотрит мне в глаза, вытянувшись в струну. Покрасневшее лицо предупреждает, что он собирается ударить меня. Из-под рукава и вдоль шеи, извиваясь, ползет вверх черный узор татуировки. Он любит подраться, судя по форме его носа, который явно несколько раз ломали. А вот я драться не люблю. Черт.
— Кто ты такой, мать твою? — спрашивает он.
— А я говорил, что он побьет тебя! — слышится из-за спины матери голосок Брэндона.
— Это Эван, — говорит Фэй.
— Что еще, блять, за Эван? — Он окидывает меня с ног до головы недобрым взглядом, и я готовлюсь к его удару.
— Ты с ним трахаешься? Он здесь, потому что “ты не ждала меня”? Ты, тупая сука!
Никогда не думал, что скажу это, но все-таки говорю:
— Я ее сын.
— Ага, конечно. Хорошая попытка. Съебался отсюда быстро, пока я не надрал тебе задницу.
— Это правда! А Люси — не моя подруга, она моя дочь! — взмолилась Фэй.
Парень хватает мое пальто, впивается пальцами в мои плечи и толкает меня к выходу. Внезапно меня охватывает страх, но не за себя, а за женщину с детьми, что остаются в доме, из которого он меня выталкивает.
Как только за мной захлопывается дверь, в доме начинаются крики. Я смотрю на нее, думая, стоит ли постучать. Попытаться снова попасть внутрь. И как правильно поступить?
Мои попытки оградить нас с Люси от жизни этой женщины втянули меня в нее еще больше прежнего.
Я расхаживаю по дорожке, то и дело оглядываясь назад. Из соседнего двора за мной наблюдает женщина средних лет. Она развешивает белье, закрепляя его прищепками, а по ее подъездной дорожке разъезжает туда-сюда на трехколесном велосипеде маленький мальчик возраста Брэндона.
— Снова у них разборки? — спрашивает она, стряхивая с лица пепельно-светлые волосы.
Я все еще пребываю в шоке от этой встречи, поэтому не отвечаю. Она смеряет меня оценивающим взглядом.